На мгновение я колеблюсь, прикидывая, нужно ли проходить дальше. Мне просто нужно переждать, пока полицейские освободят улицу.

Вдруг за стеклянной дверью вспыхивают фары. Я вижу, как у бара тормозит патрульная машина. Из нее выходят двое полицейских, и они направляются в мою сторону. Мой взгляд прикован к объявлению, который один из них держит в руках.

–Черт, – цежу сквозь зубы.

Бросаюсь внутрь, хватаю с барной стойки бумажное меню и лавирую между столиками с закругленными углами. Занимаю самый дальний из них и располагаюсь так, чтобы сидеть спиной к выходу. Мои ладони потеют, я зажмуриваю глаза, когда слышу, как скрипят дверные петли. Раздается трель колокольчика, доносится звук шагов полицейских.

Я цепляюсь в меню вспотевшими пальцами. Дверь захлопывается, и я чувствую, как вокруг сдвигаются стены.

Меня могут заметить в любой момент.

– Привет, Логан, – говорит один из полицейских. – Сделай нам два двойных эспрессо и четыре сэндвича с тунцом. Два заверни с собой. Мы присядем у пятого столика рядом со входом.

– Привет, Боб, – отзывается другой голос, вероятно, принадлежавший бармену. – Семь минут, и все будет готово.

Я перестаю дышать, пока полицейские проходят буквально в нескольких шагах от меня. Они приближаются к столику, и сквозь бешеный пульс я улавливаю звук отодвигаемых стульев. Через несколько секунд они начинают вполголоса разговаривать. Я все еще боюсь, что меня обнаружат, и не шевелюсь.

– Почему вы еще на работе, ребята? – между тем спрашивает бармен.

– Капитан Рэнел выдернул всех из дома, – ворчливо отзывается коп. – Дочка какого-то богатея вовремя не вернулась к ужину, и папочка забил тревогу. Ты не против, если я повешу у входа фотографию девчонки?

– Валяй, – отвечает бармен. – Только вряд ли такие, как она, ходят в такие места.

Я слышу, как один из полицейских поднимается со своего места и выходит из бара. Затаив дыхание, я слегка оборачиваюсь, наблюдая, как коп прикрепляет к внешней стороне двери объявление с моей фотографией. Я опускаю голову, пока мой взгляд судорожно мечется по помещению.

Мне нужно придумать способ, как убраться отсюда. Быстро и незаметно. И если я этого не сделаю, мне придется вернуться в дом Льюиса с решетками на окнах.

В паре столиков от себя я вижу девушку около двадцати лет на вид. На ней потрепанная кожаная куртка, темные вьющиеся волосы собраны в небрежный пучок. Девушка что-то печатает, и можно ошибочно подумать, что она беспризорница и стащила у кого-то дорогой ноутбук. Однако ее тонкие пальцы с идеальным маникюром ловко порхают над клавиатурой, на одном из них мерцает кольцо с бриллиантом.

Ее прищуренные глаза прикованы к монитору, пока мой взгляд задерживается на ее мобильном телефоне. Он лежит на столике рядом с полупустой чашкой кофе, и я делаю глубокий вдох.

Мне следует позвонить Десмонду. Уверена, он что-нибудь придумает и заберет меня из места, где полно полицейских, а мое лицо висит на каждом фонарном столбе.

Давай, Кимми, пошевеливайся!

Ноги трясутся, я не могу справиться с дрожью. Но все-таким поднимаюсь и подхожу ко столику, за которым сидит незнакомка. При моем появлении она отрывается от ноутбука и осматривает меня беглым взглядом сверху-вниз.

– Простите, – я прочищаю горло. – Не могли бы вы помочь мне? Я забыла свой телефон дома, а мне срочно нужно позвонить другу.

– Подруга, ты перепутала, – она усмехается и переключает свое внимание обратно на монитор. – Разве у меня написано на лбу «Таксофон»?

Похоже, эта девушка не согласна помочь.

Черт.

Не скрывая досады, я возвращаюсь обратно за свой столик. Склоняю голову и думаю, как уговорить девушку дать мне телефон. Может быть, предложить ей деньги?

Вдруг мои размышления прерывают голос полицейского.

– Логан, сделай погромче, – просит коп. – Кто знает, может журналисты откопали новые детали расследования.

Повернувшись, я замечаю телевизор, висящий под потолком в углу заведения. Бармен прибавляет громкость, и я слышу голос ведущей. Но не могу разобрать ни единого слова. Все, на чем я могу сосредоточиться – фотография.

Моя фотография.

Снимок, где я в школьной форме «Дирфилда», изображен крупным планом прямо за спиной местной телеведущей.

Я тяжело дышу, пытаясь справиться с паникой.

Вот и все.

Я не получу выкуп. У меня нет новых документов. И меня в лицо знает каждый житель Бостона. По крайней мере, каждый, кто смотрит вечерние новости.

– А ты оказывается, местная знаменитость, – тихо посмеивается женский голос.

Около моего столика останавливается незнакомка, которая не согласилась дать мне мобильный.