– Я забыл рассказать про твою маску, – проносится зловещий голос Джека рядом с моим ухом. – Это Медуза горгона. Ты помнишь легенду, в которой морская дева не отвечала взаимностью Посейдону, и ему пришлось овладеть ею в храме Афины?

Джек вонзает зубы в мою шею и с болью прикусывают кожу. Я кричу, но кажется, это только распаляет такого ублюдка, как Джек. Я чувствую, как у моих ягодиц твердеет его эрекция. Он трется об меня своим членом, и я ищу взглядом Мэриан в толпе влажных от пота тел.

Наконец я нахожу ее у барной стойки, когда она со спокойным видом пьет коктейль. Словно вокруг нее не происходит всего этого безумия.

– Мэриан! – кричу я. – Сколько тебе заплатил Джек? Я заплачу в несколько раз больше. Только помоги мне! Пожалуйста, вызови полицию!

Она на секунду отрывается от напитка и безразлично на меня смотрит.

– Разве я похожа на ту, которая хочет, чтобы ее отправили на съедение пираньям? – Мэриан пожимает плечами. – Прости, дорогая, но здесь нет никого, кто бы мог тебе помочь.

Проклятье!

– Как жаль, что рядом с тобой нет братьев Аматорио. Они далеко от тебя и не могут спасти, – издевательски добавляет Джек.

Перед глазами появляется Кэш, и от его образа на моих глазах наворачиваются слезы.

Я люблю тебя. Люблю так сильно, что твое недоверие убивает меня.

Я не верила ему до последнего дня, пока Кэш был в Бостоне. Всеми силами я избегала его, и в конце концов он улетел во время каникул на другой континент.

Но теперь я сделаю все, чтобы вернуть его.Я люблю его.

Я сгибаю ногу и со всей силы бью по коленной чашечке Джека острием шпильки. Удар оказывается точным и молниеносным.

– Твою мать! – Джек начинает вопить.

На долю секунды он расслабляет хватку, и этого оказывается достаточно, чтобы вырваться и бежать, что есть мочи. Я несусь к выходу из гостиной, лавируя между полураздетыми телами.

– Ты уже уходишь, Кимберли? – громко спрашивает Джек, стараясь перекричать возбужденные стоны и вздохи. – Ты даже не попрощалась. Не находишь, что это довольно невежливо?

Я игнорирую его и, не оглядываясь, хватаю обе дверные ручки. Распахиваю створки и оказываюсь в фойе. Быстро направляюсь в сторону выхода. Но не успеваю пройти половину пути, как передо мной встает мужчина в строгом черном костюме.

– Мисс Эванс…

– Помогите! – я перебиваю его. – Блаунт, то есть, Джек хочет меня изнасиловать. Вызовите полицию, позвоните моему отцу, сделайте, что угодно, пожалуйста! – я произношу все на одном выдохе.

– Что здесь происходит? – подходит еще один охранник.

Внезапно кто-то обхватывает меня со спины.

– Все в порядке, моя девушка просто немного перебрала с выпивкой, – усмехается Джек.

Этот ублюдок грубо дергает меня на себя, но оба мужчины в фойе не принимают никаких действий, чтобы его остановить. Я кричу о помощи, барахтаюсь и пытаюсь вырваться, пока Джек тянет меня в противоположную сторону от гостиной.

На моих глазах наворачиваются слезы, пот выступает на коже, пока я трачу все силы, чтобы освободиться. Мои каблуки скользят по мраморному полу, я стараюсь упираться ногами и остановить Джека.

– Пожалуйста, отпусти меня, – я чувствую, как в горле все пересыхает от моих пронзительных криков.

Только Джек оказывается неумолимым. Он продолжает куда-то меня уводить. В какой-то момент мне удается освободить руку. Джек не предугадывает мое действие и не успевает увернуться от ногтей, которыми я впиваюсь в его лицо.

Я царапаю его щеку с левой стороны, хотя на самом деле целилась в глаза. Я не слишком сильна в вопросе самообороны и промахнулась.

– Ах ты, дрянь!

У меня перехватывает дыхание, когда Джек обхватывает мою шею и отстраняет меня от себя. В следующее мгновение он буквально впечатывает меня в стену со всей злостью. Я чувствую, как мое лицо соприкасается с прохладным стеклом.

Моя голова начинает кружиться, от резкого удара на нижней губе проступает кровь. Перед глазами в очередной раз за вечер пляшут белые точки. Но спустя некоторое время они пропадают. Теперь я вижу, как передо мной проплывает стая красноглазых пираний, и страх пробирает меня до костей.

– Слушай меня внимательно, маленькая заносчивая сука, – рычит Джек, уткнувшись мне в ухо. – Ты прекращаешь попытки ударить меня и причинить вред. Ты прекращаешь кричать и звать на помощь. И если ты меня не послушаешь, – он с силой вдалбливает мое лицо в стекло. – Ты станешь их поздним ужином. Если будешь вести себя, как хорошая девочка, пока я с тобой не закончу, ты выйдешь отсюда живой. Ты поняла меня?

Я с трудом сглатываю и киваю, борясь с еще одной волной подступающей паники и тошнотворным позывом. Приходится чаще дышать, чтобы все мои внутренности не вывернулись наизнанку.

– Побереги свое дыхание, – усмехается Джек. – Оно тебе пригодится.