– Но они же быстро забьются песком, – Киллиан бросает на меня сомневающийся взгляд.

– Три месяца назад в Хьюстонском университете группа студентов успешно завершила испытания над новым видом батарей. Их специально разработали для жестоких условий пустыни. Я уже выкупила права, и в следующем месяце мы запустим их производство в Техасе.

Киллиан пристально на меня смотрит.

– Такое ощущение, что ты собралась остаться здесь навсегда.

Я прикусываю губу и никак не комментирую его слова. Киллиан продолжает внимательно смотреть на меня. В его взгляде смешивается теплота наравне с беспокойством.

– Когда ты собираешься возвращаться? – снова задает он вопрос. – Тебе необязательно здесь находиться, чтобы управлять бизнесом в Техасе. Кэш скоро подрастет. Здесь есть поблизости приличные колледжи?

– Перед смертью Кэш успел перевести сюда деньги. Шахту полностью отремонтировали. Теперь она принадлежит моему сыну, и я успешно ей управляю. Она приносит хороший доход, – на мгновение я замолкаю. – За последние четыре года из города не уехал ни один человек. Скорее наоборот, сейчас многие стремятся перебраться сюда. В этом городе заново забилось сердце. И все это благодарю ему.

Я смотрю в темные глаза Киллиана.

– Кэш спас этот город. И я точно не стану первой, кто отсюда уедет. Мой сын сам решит, где ему учиться и жить, когда он подрастет.

Киллиан понимающе кивает.

– Хорошо, пусть будет так, – теперь на его лице нет и намека на беспокойства. Его голос звучит профессионально, с деловым тоном. – На днях со мной разговаривал Тонни Миллер, давний знакомый Фрэнка. Он попросил меня чуть надавить на тебя. Последние пятнадцать лет он закупал здесь уголь. Контракт на поставку истекает через два месяца. Но Тонни жалуется, что за последние полгода ваши переговоры не продвинулись ни на шаг.

– Меня не заботит, с кем дружит Фрэнк, – я заправляю салат оливковым маслом. – Передай Тонни, что ты на меня надавил, – я ухмыляюсь. – А я ответила, что если он хочет получить скидку, то пусть поднимет свою задницу с кожаного кресла и сам лезет в шахту. Бесплатно больше ничего не будет. У нас и так достаточно клиентов. Я больше не желаю тратить на него свое время.

Киллиан отодвигается от островка и уходит из кухни. В это мгновение раздается писк духовки.

– Здесь его новое предложение. Тонни пошел на уступки, – Киллиан возвращается, в его руках папка. – Я думаю, ты останешься довольной.

– Оставь документы на столе, – я открываю духовку, и меня обдает жаром. – Я посмотрю позже.

С помощью рукавицы прихватки я достаю первый противень, а затем второй. Краем глаза замечаю, как на кухню заходит Малькольм и пожимает руку Киллиану. На шерифе клетчатая рубашка и джинсы. Он снимает с себя ковбойскую шляпу и вытирает пот с лица.

– Думаю, на сегодня хватит, – Малькольм издает тяжелый вздох и проводит рукой по облысевшей голове.

Он поднимает на меня глубоко посаженные глаза, окруженные морщинами.

– Я вернусь завтра и доделаю будку.

– Подожди секунду.

Я достаю из ящика плоскую картонную коробку и перекладываю в нее дымящуюся пиццу. После чего отдаю ее Малькольму.

– До завтра, – Малькольм кивает, разворачивается и уходит.

– Не забывай про лекарства, – кричу ему вслед.

Спустя несколько секунд раздается звук закрытой входной двери. Киллиан поворачивается ко мне.

– Он здорово сдал. Что с ним?

Я сглатываю ком в горле.

– Рак. Тяжелая стадия, – я мрачно добавляю. – Мы слишком поздно узнали об этом.

– И ничего нельзя сделать?

– Все, что могла – я уже сделала. Я оплатила ему лечение в клинике Израиля. Оно уже началось. Шансы пятьдесят на пятьдесят.

Наш разговор перебивает звонкий голосок Кэша, доносившийся со двора.

– До свидания, дедушка Малькольм!

– Слушайся маму, – отвечает ему Малькольм. – Я завтра вернусь.

Киллиан скрещивает на груди руки. Его выражение лица становится напряженным.

– Тебе не кажется странным, что Кэш называет дедушкой постороннего человека? – спрашивает он.

– Этот «посторонний человек» был с ним с рождения.

– И ты считаешь, что это справедливо? – Киллиан сужает глаза. – У него есть дедушка. Это Фрэнк. И ты не дала ему шанса общаться с его внуком. Прошло семь лет. Пора давно перевернуть страницу.

Я пронзаю его сердитым взглядом, но Киллиан не отводит глаза.

– Достаточно того, что Фрэнк общается со своим внуком, когда Кэш гостит у Маркоса. А я делаю вид, что не знаю об этом.

– Тогда ты должна знать еще одну вещь. Как только ты покинула особняк Аматорио и переехала в Коссе, Фрэнк связался с Малькольмом и перевел на его счет сумму. Этих денег было достаточно, чтобы шериф мог достойно за тобой присмотреть.

– И зачем ты мне это рассказываешь? – я бросаю на него раздраженный взгляд. – Малькольм один из самых честных людей, которых я когда-либо встречала. Он не оставил себе ни единого цента.