– Вот. Походу, это тебе нужно, босс. – Грейсон протягивает мне двойной скотч. Мужчина хмурится, у него на руке красуется свежая татуировка в виде обручального кольца. – Кто бы мог подумать? Месяц назад мы с Мэдди кружились в свадебном танце. Я был в полнейшем шоке, когда ты бросил приглашение на стол. Никогда бы не подумал, что ты тоже решишь остепениться.

Лед позвякивает о тонкие хрустальные стенки, когда я хватаю стакан, а затем залпом выпиваю, позволяя алкоголю обжечь мои внутренности.

– Ага, все развивается слишком быстро. Нужна вся бутылка, чтобы пережить сегодняшний вечер, – говорю я, поигрывая пустым стаканом.

– Она не может быть такой сукой, – задумчиво возражает Грейсон, наполняя мой стакан.

– О, поверь, она именно такая. Мы прожили вместе всего месяц, и меня, блядь, это достало. Она без спроса выкинула уйму моих вещей и положила в шкаф свою розовую блестящую фигню. И прозрачно намекнула, что все мое отныне принадлежит ей.

Я пропускаю рассказ о том, что моя невеста стала моей нянькой на полную ставку – постоянно следит за моими делами и обо всем докладывает отцу. И не говорю о том, что она срывается по малейшему поводу, например, потому, что я не нашел времени поужинать в ее компании. Или о том, что не делю с ней постель.

Не могу это сделать. Ни за что.

– И как долго ты будешь на ней женат? – С этими словами Грейсон многозначительно поднимает бровь, а потом откидывается на спинку кожаного кресла.

– Я не знаю. Наверное, пока не уничтожу всю ее семью.

Если бы у меня был доступ к ядерной бомбе, я бы избавил весь мир от капризов Марии.

– Черт, – задумчиво произносит Грейсон. – И зачем ты на это подписался? Мы же отыскали Мэдди, – шепотом добавляет он.

И почему я решил жениться на дьяволе во плоти? Я не могу позволить, чтобы Грейсон или Келлер докопались до правды. Знаю, что они могут придумать нечто радикальное, чтобы не дать мне вступить в этот брак, но тогда они все окажутся в опасности. Я не могу этого допустить.

– Теперь все не так просто. Увы, но некоторые вещи мне неподвластны.

Моя семья. Это все ради нее. Я делаю все возможное, чтобы защитить моих близких от Романо. И при этом постоянно думаю о девушке, которую никогда больше не увижу. По крайней мере, у меня осталось воспоминание о том, как она лежит на моей кровати. Я до сих пор могу представить, как она вздрагивает от моих прикосновений. Я помню, как она выкрикивала мое имя, когда кончала.

Или как она просыпалась по утрам и смотрела на меня большими темными глазами, наполненными страстью.

Она была моей идеальной парой. Мое украденное сокровище.

Приглаживая волосы, я задумчиво качаю головой.

– Что происходит, Лука? – интересуется Грейсон. – Это все из-за нее, да?

– Хватит, – отвечаю я сквозь зубы.

Не хочу выслушивать очередную лекцию на тему того, что нужно следовать своему сердцу. Обеспечивая безопасность близких, я вынужден держать их в неведении. Они думают, что я следую договоренности с Капри – в обмен на помощь в поисках Мэдди. И пускай и дальше так думают.

– Босс, мы же все сказали, что будем поддерживать тебя, несмотря ни на что. Мы прикроем твою спину. Ты не должен делать того, чего не хочешь.

Его большая ладонь резко опускается на стол, мой стакан, звякнув, подпрыгивает. Я предупреждающе поднимаю руку.

– Теперь уже поздно отступать, Грейсон. Сделка состоялась. Роза, скорее всего, будет жить своей жизнью. Я попросил ее об этом.

Больно от того, что другой мужчина станет считать ее своей. Будет дорожить ею так же, как и я. Я просто хочу, чтобы она обрела счастье. Ее боль неизмерима, но я видел и ее силу. Роза прирожденный боец. Пока остается чистой. За этой маской скрывается настоящая Роза. Девушка, которая прячет свои страхи. Но не мне ее винить.

Чья-то тяжелая рука опускается на плечо. Обернувшись, я вижу Келлера, в белой рубашке и черном галстуке.

– Брат, – приветствует он, протягивая татуированную руку.

– Ты не видел маму? – интересуюсь я, отвечая на рукопожатие.

Он хмуро кивает.

– Да, она присматривает за Максом и Дарси. Все хорошо. Сиенна и Мэдди отошли в уборную. Они вернутся через минуту. Хм…

Келлер с ухмылкой поглядывает на Грейсона.

– Что еще? – огрызаюсь я.

Он жестом обводит украшенную комнату.

– Я и не думал, что ты уже…

– И ты туда же. Моя жизнь сейчас круто меняется, знаешь ли, и вторжение дьяволицы в мое личное пространство – не самая большая из моих бед.

Нужно поскорее заканчивать.

– Кажется, ты не возражал, когда в твое личное пространство ворвалась Роза, – с улыбкой продолжает Келлер.

– Отвали.

Мне уже сложно сдерживаться.

– А где сейчас Мария? – подключается Грейсон.

– Не знаю, наверное, подпиливает рога или типа того.

На самом деле она сказала, что пойдет колоть филлеры в губы. Как будто кому-то не плевать.

Грейсон громко смеется, расплескивая напиток.