– В этом вопросе тоже много нюансов, – перебивает меня профессор, – потому что предопределенным связям – родственным душам или фамильярам – не требуется связующее заклятье. Предопределенные связи – внутренние, магические узы. Их объединяют, относя к одной категории, хотя в большинстве случаев они самостоятельны. Что же до связующих заклятий – они весьма распространены среди ведьм и магов. Они настолько обычны, что на них не обращают внимания. Нерушимые клятвы – один из видов связующих заклятий. Но есть вещи и не столь естественные. Возьмем, к примеру, любовное заклятье. Объект может изначально не испытывать интереса к своему воздыхателю, и когда такое действие связывает пару, появляется время, достаточное, чтобы возникла возможность для настоящего притяжения.

Так, эта информация лишняя, а ответа на свой вопрос я, по сути, не получила.

– А как насчет связей, которые люди создают между собой?

Профессор мешкает, потом вздыхает.

– Ты хочешь знать о связях налаженных и связях наложенных.

Киваю, прикусив изнутри щеку.

– Суперы способны формировать магические связи друг с другом, помимо уз, предопределенных судьбой. Есть два типа таких связей: налаженные и наложенные. Звучит похоже, но на самом деле они совершенно разные. Налаженные связи – меньшее из двух зол. При таком типе связи все вовлеченные стороны дают прямое, ясно выраженное согласие на формирование уз. Хотя это и не делает условия налаженных связей равными для каждой из сторон. Продать душу за какое-нибудь сокровенное желание – технически это налаженная связь, хотя все понимают, что обмен неравноценный. По этой причине налаженные связи крайне не одобряются, даже между членами семьи или влюбленными парами.

Профессор Хуан многозначительно смотрит, будто видит меня насквозь.

Я переминаюсь с ноги на ногу и понимаю, что глубоко внутри растет беспокойство.

– Почему?

Мне нужно было задуматься об этом до того, как я согласилась на предложение Мемнона.

– Люди меняются. Меняются сердца, меняются желания. Сочетание нерушимых клятв с вещами изменчивыми может привести к тяжелой несчастливой жизни.

– А другой вид связи? – хрипло выдавливаю я. Мне не хочется слишком глубоко вникать в отрезвляющее предупреждение наставника. – Можете рассказать мне о нем?

Профессор морщится.

– Мы не особо распространяемся о наложенных связях из-за их порочной природы… Наложенные связи, как и следует из их названия, наложены. Принудительно. Они требуют согласия лишь одного из участников и могут сковать любого супера. Такие связи ничто не оправдывает. Они создаются, чтобы полностью подчинить себе жертву. К счастью, они требуют очень много силы, так что на практике создать наложенную связь можно лишь с помощью колдовского круга.

Последнее дополнение, по-видимому, должно было меня успокоить – да только вот у меня кровь леденеет в жилах. Колдовской круг проводился тут ежемесячно – и наложенные связи создавались регулярно.

– Думаю, излишне напоминать, – добавляет профессор, – что процесс создания наложенной связи относится к особо тяжким уголовным преступлениям и приравнивается к убийству.

К сожалению, и это меня не утешает.

– А что произойдет, если тебя свяжут вот так, принудительно? – спрашиваю я. – И как разорвать такую связь?

– Зависит от условий. Но есть причина, по которой наложенные связи относят к опасным и запретным заклятьям. Ведь если такое заклятье наложено на тебя до смерти, то только смерть и снимет его.

Иду по главной лужайке Белены. Прохожу мимо сестры по Ковену, кормящей стаю ворон. Несколько других ведьм пересекают поляну, а над ними, будто воздушные шарики, парят, глухо стучась друг о друга, зачарованные тыквы.

Забавное зрелище, но я все еще думаю о словах профессора Хуана. Неужели Кара, девочка-оборотень, которую я вытащила из колдовского круга, и в самом деле подошла так близко к тому, чтобы навеки оказаться под контролем верховной жрицы? И что, Лорен, наставница, которую допрашивал Мемнон, тоже связана? Одна ли Лия стоит за происходящим? Она ли была верховной жрицей? Все эти вопросы не перестают меня мучить.

Рассеянно слежу за подпрыгивающими в воздухе тыквами и вдруг ощущаю неприятное покалывание в спине: словно кто-то провел пальцем по позвоночнику.

Тут же оглядываюсь на Вечный лес, обшаривая взглядом опушку в поисках источника мерзкого ощущения, и замечаю среди ведьм в костюмах человека, держащегося в тени на краю кампуса. Клянусь, я вижу полоску сероватой кожи, но не успеваю и моргнуть, как фигура исчезает.

Торопливо проделываю остаток пути до общежития, пытаясь убедить себя, что за мной вовсе не следили.

Мысли возвращаются к Каре и к ее стае оборотней. Прошло несколько дней с тех пор, как я в последний раз общалась с Кейном. Я собиралась позвонить ему, но он все еще придерживался правил Священной Седмицы, недели полнолуния. В эти дни силы оборотней многократно возрастают и они становятся совершенно непредсказуемыми. Так что члены Стаи Марин самоизолируются – ради собственной безопасности и ради безопасности всех остальных.

Однако, миновав фойе и поднявшись по лестнице в свою комнату, я все равно хватаю телефон и набираю номер Кейна.

Нам пора поговорить.

– Селена?

– Привет, Кейн. – Я закрываю дверь в комнату, застигнутая врасплох его низким хрипловатым голосом. Честно говоря, я как-то не ожидала, что он сразу ответит на звонок.