Все остальные, кроме Суа, соглашаются с необходимостью хотя бы попробовать. Ойро и Шиун решают приступить через несколько дней. Но теялийская принцесса недовольна решением брата, как и мы недовольны секретом сестры.

За последующие несколько часов мы разрешаем старые невысказанные недовольства, Шиун приглашает всех на свою коронацию в середине весны, а в начале лета состоится коронация у Эола, на которую он также зовёт всех в качестве свидетелей.

Мы ещё не забываем указать друг другу на какие-то глупые законы и привычки, способные стать проблемами в будущем, и подписываем договор между четырьмя странами, который, как мы надеемся, принесёт мир на Континент хотя бы на несколько поколений. Шиун предлагает всем желающим остаться на ночь в его доме. Эгеланны и Квинтилии принимают приглашение, мы же решаем задержаться ещё на пару часов и вернуться домой.

Спустя час, опираясь плечом на дерево, я с улыбкой наблюдаю, как смиренно сестра принимает на себя весь гнев Рушана после того, как Даян сообщил ему план, придуманный ей с Шиуном на пару за нашими спинами. Хотя Шиун тоже попадает под раздачу от своего новоиспечённого брата, когда подходит к ним и неудачно шутит. Я не расслышала, что именно он сказал, но потемневшее лицо Назари не обещает принцу ничего хорошего, а последующие резкие слова разжигают перепалку между ними.

Я ухожу, чтобы найти Дарена и предупредить, что скоро мы отправляемся, и если он не хочет застрять здесь, то ему лучше собираться. Дарен может перемещаться, но его максимальный прыжок был от Паргады до границы Теялы, и на весь путь из Астары до дома ему сил не хватит. Поэтому кахари придётся пойти с нами, если он не желает полдня шагать по пустыне до Паргады так, как растратит весь Дар.

Решаю проверить главный дворец, потому что Суа и Дарен прогуливались именно в ту сторону. Пройдя главный тронный зал, брожу по узким коридорам. На пути я встречаю лишь Хёрин и приветствую вдовствующую королеву, а она интересуется, нормально ли прошла встреча, и отправляется дальше по своим делам. Несколько слуг торопливо семенят за ней.

За следующим поворотом в конце коридора нахожу Эола. Он над чем-то размышляет, продолжая невидящим взглядом рассматривать простое изображение бамбука. Художник использовал только тушь, и угадать, что это бамбук, можно разве что по форме линий на белой бумаге. Было бы правильнее развернуться и уйти, но я, наоборот, подхожу ближе, вставая рядом с Эолом.

– Рад, что твои порезы зажили, – говорит он мне.

– Благодаря сестре. Рада, что и твои раны прошли.

– Благодаря твоей сестре. Хотя большую часть она же и оставила.

Я оглядываю его привычный придворный мундир с белой рубашкой. Чёрный – это цвет принцев в Каидане. А вот красный…

– Ты сменишь цвет мундира?

Эол осматривает свой наряд. Он наклоняет голову, отчего одна светлая прядь волос падает ему на глаза.

– Наверное, хотя красный не мой цвет, – почти равнодушно отвечает он, вновь выпрямляясь.

Теперь он держит голову выше и меньше ведётся на провокации Ойро, пытается сдерживать себя, отвечать аккуратнее и действовать разумнее. Он часто взвешивает каждую свою фразу, а в его глазах появилось больше спокойствия.

– Когда вы отбываете? – спрашивает он, но по-прежнему смотрит на картину.

– Через полчаса.

– Тогда, вероятно, мы увидимся через несколько дней, при встрече с легионом.

– Я не пойду.

Я ничем не смогу помочь Ойро и Шиуну в борьбе с легионом, поэтому вряд ли Даян решит взять меня с ними. Длительное неловкое молчание выдаёт замешательство Эола, он поворачивается в мою сторону.

– Что ж. Тогда в другой раз, – мне хотелось бы услышать сожаление в его тоне, но он звучит слишком ровно.

Молодой человек берёт мою руку и, как принято в Каидане, целует кисть на прощание. Достаточно быстро отпускает, поправляет одежду и идёт по коридору к выходу. Я чувствую нарастающее недовольство его поведением. Все правильно, учтиво и как нужно, но что-то он или я делаем неправильно. Осталось что-то, что…

– Я прошу.

Эол замирает.

Зачем я это сказала?

Меня бросает в жар от сомнения, когда он разворачивается и внимательно, даже хмуро смотрит на меня. Я не повторяю свою фразу, а принц и не просит. Просто медленно возвращается назад и встаёт буквально в полушаге от меня, задумчиво глядя сверху вниз.

– Ты не уточняешь, и я не могу быть уверенным, что понял правильно.