Я выпила почти три чаши эвирского вина, и алкоголь ударил в голову. Меня разморило, стало тяжелее контролировать лицо, пару раз я и вовсе густо покраснела, ощутив намеренное прикосновение молодого господина к моей руке. В первый раз невольно вспомнила об объятиях Раяна и тут же залилась краской, а во второй сама не поняла, почему это произошло. Лицо просто внезапно начало гореть. Ашэнь намеревался подлить мне ещё алкоголя, но я мотнула головой, отказываясь. Вкус винограда напоминал об Эйдене.

Я потёрла переносицу, предполагая, что стоило побольше есть. Или вино оказалось чересчур крепким.

– Пожалуй, нам пора возвращаться, господин, – вежливо напомнила Наён Ашэню, прервав мои размышления и, вероятно, заметив, что румянец не сходил с моего лица, становясь болезненным. – Солнце уже зашло, в городе зажжены фонари, но дорога к храму в полумраке.

Ашэнь обернулся на сад, оценивая ночную мглу.

– Действительно! Вечер пролетел незаметно, но теперь я переживаю, что отпускаю вас в столь позднее время, – встревоженно ответил тот, но Наён не обратила внимания на его слова и поднялась на ноги.

– Не волнуйтесь, ученики храма Востока нас встретят.

Я встала следом, но меня закачало, а сердцебиение неестественно ускорилось. Риша моментально оказалась рядом и подхватила меня под локоть.

– Вы в порядке, госпожа? – спросила она, сосредоточенно вглядываясь в моё лицо.

– Вероятно, вино было слишком крепким, – раздосадованно предположил Ашэнь. Он тоже выглядел обеспокоенным. – Снова моя вина, стоило выбрать что-то полегче. Наён, прошу вас, останьтесь в нашем гостевом павильоне, чтобы я мог не переживать за вашу безопасность.

Я встряхнула головой, пытаясь сбросить неприятную лёгкость. Тело казалось невесомым, но вместе с тем плохо управляемым. Я ранее бывала пьяна и знала, как ощущается перебор алкоголя, но это было нечто другое, хотя симптомы похожи. Я нервно потёрла взмокшую шею, мне стало душно, хотя двери на веранду оставались распахнутыми.

– Вы уверены, что в еде или в вине не было ничего лишнего? – Риша перевела на Ашэня подозрительный взгляд.

– Вы оскорбляете меня подобным вопросом, – хмуро парировал он.

– Я ещё вас не оскорбляю. Всё съеденное готовилось для вас и госпожи одновременно?

– Разумеется, и еда перед этим была опробована на наличие яда двумя слугами при мне, – отчеканил Ашэнь и нахмурил брови, всем видом демонстрируя, что услышанное ему неприятно. – Желаете, чтобы я позвал лекаря?

– Нет, мы просто поедем, – встряла я, пытаясь справиться с тяжелым дыханием, – уверена, что на свежем воздухе мне полегчает.

Я успокаивающе улыбнулась Наён и Рише, но те заметили что-то, чего не видела я, и переглянулись.

– Нет, погодите… – попытался возразить Ашэнь, когда Наён взяла мою пустую чашу и понюхала. На этом она не остановилась, схватила кувшин, из которого Ашэнь подлил мне вино в последний раз, и сделала пару глотков.

Я нахмурилась, сообразив, что кувшинов два. Разве мы допили первый, чтобы доставать второй?

Наён раскатала напиток по языку, словно пытаясь что-то понять, и потом бесстрашно проглотила. Мы все выждали несколько напряжённых мгновений. Задумчивое выражение лица сменилось испуганным, когда Наён посмотрела на Ришу. У меня сердце ушло в пятки.

– «Зелёный змей», – выдала она.

– Зелёный что? – непонимающе переспросила я и вопросительно взглянула на Ашэня.

– Это не яд, Наён, всего лишь безобидное снадобье. Оно безвредное и служит не более чем проверкой, – абсолютно спокойно пояснил тот, а я глазам не верила, наблюдая, как его маска из застенчивости и смущения растрескалась, обнажив наглого и уверенного в себе молодого дворянина.

– Для проверки её девственности, наглец! – рявкнула настоящая Наён, мои брови удивлённо взлетели вверх. Я ничего не слышала о «Зелёном змее», но начала догадываться, что это какая-то настойка с временным эффектом.

– Вполне безобидный способ узнать точно, слишком много слухов, что на Западе вольные нравы. Да и как вы смеете меня оскорблять? – разозлился Ашэнь, глядя на Наён сверху вниз.

– Ещё как смею, потому что я настоящая Ян Наён, а ты опоил моего двойника и подопечную хранителя Запада! – гневно отозвалась наместница, наблюдая, как вся спесь и краска сползли с лица молодого господина при упоминании хранителя.

– Я не…

– Оставь оправдания для него, когда он явится за ответом! И поверь, он об этом узнает!

– Что за «Зелёный змей»? Что он делает? – заплетающимся языком спросила я у Риши.

Старшая держала меня под руку, и я чувствовала, как она вся напряглась, вероятно, только усилием воли сдерживаясь от желания утопить Ашэня в пруду позади. Заметив моё тяжёлое дыхание, она отвела убийственный взгляд от сына наместника и сосредоточилась на мне.

– Всё будет хорошо, это настойка, но со временным эффектом. Это пройдёт, я обещаю.

– Сколько было в её вине? – строго спросила Наён Ашэня, пока тот бледный, как рисовая бумага, не знал, какое оправдание придумать.

– Эффект будет держатся до середины ночи, – нехотя сознался он.