Я улыбнулась, когда Ару принялась обнюхивать мои руки, зная, что я часто прихожу дать ей что-нибудь вкусное.

– Какие проблемы? – бездумно уточнила я, поглаживая морду лошади.

– Любые. Хотя раз ты здесь, то можешь помочь мне решить одну.

– Конечно. Какую? – Я не смотрела на принцессу, занятая тем, чтобы Ару не съела тряпицу, в которую я завернула грушу.

– Проблема с Раяном, он наотрез отказывается спать в моём шатре, хотя там две спальные комнаты. Я специально привезла большой шатёр, чтобы и он мог разместиться с удобством, положенном хранителю.

Из-за будничного тона я даже не сразу осознала услышанное, её слова меня обескуражили. Я едва успела убрать руки, прежде чем кобыла разом съела все кусочки груши. Аэль не видела моего лица, и мне удалось вернуть маску безразличия. Я понадеялась, что сумрак и дальше поможет скрывать излишнюю эмоциональность. Лишь несколько факелов горели неподалёку.

– Я слышала, как Раян говорил Рише, что не высыпается. Не может уснуть, несмотря на усталость, – продолжила принцесса. Услышанное расстроило меня ещё сильнее, потому что мне об этом никто не сказал.

Речь Аэль продолжала звучать, и я встрепенулась, поняв, что прослушала часть.

– …и я подумала, что если ты, Риша и Шин попробуете уговорить Раяна принять более удобное место для сна, то, вероятно, он согласится.

Я сжала губы, сдерживаясь от порывистого и короткого отрицательного ответа. Так с императорской дочерью нельзя разговаривать. Хоть вежливый, хоть грубый, но отказ недопустим, и я напряглась, придумывая какую-нибудь уклончивую отговорку.

– Вряд ли это его убедит, ваше высочество. Раян, как хранитель Запада и глава нашего храма, является примером для остальных. Молчаливо перенося неудобства, он доказывает, что мы едины в трудностях. Скромность, отсутствие тяги к власти и богатству – одни из главных добродетелей, которые воспитывают в храме Запада, – ровно ответила я, занятая лошадью. – У нас в храме о роскоши и удобствах заботились в последнюю очередь, поэтому кровати были жёсткие, а еда полезная, но без изыска.

Я обернулась, оценивая реакцию принцессы, та хмурила брови, обдумывая полученное объяснение.

– Раяну нравится Риша?

Я не сдержалась и хмыкнула, отчего брови принцессы взлетели вверх. Я прикрыла рот рукой, испугавшись, что подобная реакция могла её оскорбить.

– Я не смеюсь над вами, просто в храме Запада все ученики думали так же. И однажды спросили напрямую, но Раян и Риша ответили, что они друзья. Рише нравится Шин.

Аэль расслабилась, на её губах появилась смущённая улыбка, и я засомневалась, стоило ли раскрывать правду. Лучше было соврать, что хранитель кому-то симпатизирует. Интерес принцессы к Раяну стал очевиднее, и это отозвалось неприятным спазмом в груди, а на языке появился привкус горечи, словно я наглоталась дыма от костра. Я отвернулась и скормила Ару остатки угощения, желая поскорее уйти.

– И всё же, Ашарин, я буду благодарна, если ты попытаешься уговорить Раяна.

Голос Аэль хоть и оставался мягким, но приказ был очевиден. Я только что подробно объяснила ей, почему идея бесполезна, но принцесса определённо не желала принимать отказ, даже обоснованный. Мне претила ложь, поэтому я ничего не ответила, но смягчила дерзость низким прощальным поклоном. Я старалась шагать медленно, чтобы уход не походил на бегство, но стоило мне отойти достаточно далеко, как короткое ругательство тихо сорвалось с губ. Я мало ругалась, тем более внезапно и вслух, но сейчас не была уверена, вырвалась ли брань из-за принцессы или из-за кочки, об которую я споткнулась.

Лагерь погрузился в ночную полутьму. Догорающие костры и одинокие факелы позволяли смутно видеть путь. Я как можно тише пробралась мимо палатки Риши, скинула обувь рядом со своей и подняла полог. Кто-то дёрнул меня за руку внутрь, а мой испуганный вскрик превратился в слабое мычание, когда незваный гость зажал мне рот ладонью.

– Что ж, теперь я знаю, что оставлять Шина приглядывать за тобой дело бесполезное, – тихо подытожил Раян мне на ухо, продолжая прижимать меня спиной к своей груди.

Его сердцебиение было ровным в отличие от моего. Раян медленно убрал руку, но выбраться из его объятий не позволил, удерживая на месте.

– Где ты была?

– Кормила свою лошадь.

– В следующий раз покорми её пораньше, до темноты, – после некоторой заминки то ли попросил, то ли приказал Раян. Я перестала дышать, ощутив его пальцы на своей шее. – Калид тебя не ранил?

Значит, он следил за нами достаточно долго.

– Нет, всего лишь царапина.

Раян кивнул, и его длинные волосы упали мне на плечо. Разговор был окончен, но хранитель не размыкал объятий, а я не пыталась отодвинуться, оставаясь сидеть между его ног.

– Почему ты в моей палатке?