– Ноэль Валисар. Он возглавляет армию эвирцев. Сперва он полностью подчинялся Эйдену, признавая мощь и мудрость Пятого Дракона. Однако не знал, что у того свои планы и они никак не касаются благополучия Эвира. Будь его воля, Пятый Дракон и Эвир бы сжёг, потому что не любит людей.

Хранитель закончил с перевязкой и вновь ободряюще кивнул.

– Уже зимой Ноэль чуть откровеннее высказывался о несогласии с планами Эйдена, но, похоже, теперь стал действовать более открыто. Он способен переманить армию полностью на свою сторону.

– Всё верно, дела у Пятого Дракона идут не так гладко. Ему нужно что-то предпринять, чтобы вернуть былое доверие либо вновь внушить страх, – дополнил Раян.

– Чем это хорошо для нас? Не уверена, что Ноэль способен убить Пятого Дракона во сне.

– Есть шанс на переговоры. Если нам удастся избавиться от Эйдена, то после появится возможность прекратить войну.

– У нас нет шансов на победу всей армии?

– Есть, но война может затянуться. Выгнать эвирцев обратно за гряду будет непросто. Ноэль скорее всего это понимает, и вряд ли он готов выдерживать затяжные осады. Они уже разграбили Запад. В остальные провинции мы их не пропустим, поэтому большего, чем сейчас, они не добьются. Мы потребуем освободить все земли и просто вернуться к себе.

Прекращение войны.

Желание отомстить всему Эвиру на пару секунд взяло верх, но после остыло от более прагматичных мыслей. Длительная война принесёт больше жертв и ещё больше потерь. Прекращение происходящего и перемирие – лучшее решение из всех. Но ради этой возможности сперва необходимо избавиться от Эйдена.

Ещё день мы потратили на отдых после случившегося. По рассказам, от убитых эвирцев избавились, а мёртвых кхоринцев принцесса Аэль приказала замотать в белую ткань и, уложив на телегу, в сопровождении двоих стражей отправить обратно в столицу для достойного погребения.

На протяжении следующих дней Калид полностью восстановил силы, а рана Риши под присмотром хранителя Юга зажила до розового шрама. Благодаря путешествию в седле я не напрягала ступни, и те прекратили болеть. Раян продолжил путь отдельно от нас, рядом с принцессой. Более это не вызывало раздражения. Общаясь с друзьями позади, я смотрела Раяну в спину и сильнее ему сочувствовала, уверенная, что он сам бы предпочёл быть с нами, но ему приходилось разбираться с Аэль.

С принцессой я почти не общалась и тем более не поднимала тему о произошедшем, мы перекинулись лишь несколькими фразами, когда она подошла и сказала, что я удивительно сильно напоминаю наместницу Запада. Я решила, что нет смысла врать дочери императора, и поделилась, что долгие годы была двойником Наён. С изумлением на лице Аэль стала выглядеть ещё прелестнее.

Мне хотелось злиться на принцессу за то, как хладнокровно она использовала мою жизнь в качестве приманки и переманивала внимание Раяна на себя, но я заткнула свою ревность, не имея на неё права. Хранитель мне не принадлежит. Рядом с Аэль я вела себя сдержанно и учтиво, как положено рядом с членом императорской семьи.

Калид напомнил о скорой встрече с Наён, и эта мысль приободрила и воодушевила сильнее, чем я ожидала. Последние годы в качестве двойника мы часто ссорились, я мечтала покинуть поместье Ян, уверенная, что после совершеннолетия ноги моей там больше не будет. Однако теперь я скучала по Наён, испытывая странное чувство ответственности за её жизнь. Мы многое пережили вместе, и мне не терпелось с ней увидеться.

В пути велись обсуждения о том, как отбить у Эйдена Запад, о провизии, количестве необходимого войска. Я помогла Рише, Раяну и Калиду подготовиться к предстоящей встрече с императором, рассказала всё, что могла вспомнить о младшем брате Эйдена, об их планах. Пыталась припомнить всевозможные ловушки со взрывчаткой, о которых слышала, поделилась мотивами Эйдена о задержках его войска в Шилине, хотя они могли бы попытаться прорваться на Север. Даже описала, как выглядит поместье самого Эйдена и увиденное снаружи. Единственное, о чём я продолжала молчать, – это о детях Пятого Дракона. Каждый раз меня останавливало присутствие Раяна и Калида и непредсказуемость того, как отреагируют на обвинения в убийствах драконы внутри их. Более я не верила в их милосердие и не была уверена, насколько хорошо хранители способны контролировать души, может, драконы возьмут контроль и меня сразу же убьют. В таком случае ни Раян, ни Калид не смогут им помешать. Я продолжала хранить информацию до встречи со всеми четырьмя хранителями. По рассказам Эйдена, виноваты именно Западный и Южный Драконы, оставалась надежда, что остальные двое вступятся за меня, если потребуется. Все хранители должны знать, что именно послужило топливом для столь безжалостной мести со стороны Пятого Дракона.