Было тревожно увидеть, что никто не попытался опровергнуть услышанное. Калид поморщился от собственных слов, словно съел что-то кислое. Хранитель Юга примирительно подлил себе и Раяну вина в пустые пиалы.

– Я не останусь, Калид. Я хочу пойти с вами, – прервала я тишину, в ответ Риша натянуто улыбнулась, а Шин положил руку на плечо в безмолвной поддержке.

Хранитель Юга хоть и понимающе кивнул, но вновь обратился к Раяну:

– Аша – мой друг. Она не раз заступалась за меня перед Эйденом. Благодаря Аше мы с Наён смогли бежать. Но теперь у меня есть возможность вернуть долг и помочь ей. Оставь Ашу здесь, в безопасности, до момента, пока мы не отобьём провинцию Запада. После она сможет вернуться в Шилин, жить там, помогать с восстановлением храма или же служить поддержкой Наён. Уверен, наместница поможет ей с выгодным браком, если она пожелает. Подумай об этом.

Раян хоть и открыл рот для скорого возражения, но торопливо закрыл и нехотя кивнул.

– Уже что-то, – принял его ответ Калид.

Шин отвлёк всех от напряжённого разговора широким зевком. Старший потёр слезящиеся глаза, утомлённый разговорами.

– Ужин и вино были хороши, – нагло признался он, – но, может, сегодня закончим вечеринку пораньше? Я не помню, когда в последний раз спал без камней под задницей. Вся спина в синяках.

Несмотря на бойкие речи и споры, Шин, Риша и Калид выглядели измученными. Щёки впали, кожа была бледной, а синяки под глазами, казалось, стали ещё больше.

– Идите, отдыхайте. И не беспокойтесь ни о чём, я беру всю ответственность за Ашарин на себя.

– Наконец-то! – воодушевился Шин, быстро, хоть и немного неуклюже из-за выпитого, поднявшись на ноги. – Слышала, Риша? Раян в ответе.

При виде моего насупленного выражения лица Шин лишь посмеялся и потрепал меня по волосам.

– Я найду для Аши комнату поближе к вашим павильонам, – пообещал Калид, также встав из-за стола.

– Комната не требуется. Ашарин останется со мной, – возразил Раян, на что я, Калид и Риша уставились на него в неприкрытом изумлении. Разве что Шин хмыкнул и пошёл к выходу.

– Раян, ты уверен, что это хорошая идея? Ведь будут против… – начала Риша, неловко подбирая слова.

– Мне плевать, – отмахнулся от её тревог Раян, встал и сжал плечи подруги. – Можешь больше не переживать, Риша. Я позабочусь о ней.

Я единственная продолжила сидеть, не зная, какое решение мне стоит принять. Я хотела остаться рядом с друзьями, мысль о том, чтобы жить одной в комнате в абсолютно незнакомом храме меня не радовала, но могут поползти ненужные слухи, если я буду жить в павильоне своего хранителя.

– Ты сумасшедший, Раян, и ходишь по тонкому льду, – ошарашенно, но беззлобно бросил Калид, а Шин вернулся, намереваясь силой утащить хранителя Юга за собой к выходу.

Калид даже не стал сопротивляться неучтивому обращению, не в силах оторвать шокированный взгляд от Раяна, как если бы он ждал, что тот признается в неуместной шутке. Риша обняла меня на прощание и ушла вслед за друзьями. Те создали достаточно шума, и последующая тишина показалась пугающе звенящей, когда дверь за ними захлопнулась, а Раян предусмотрительно запер все три засова.

– Тебе не нужно со мной нянчиться, Раян. Калид был прав, я не ученица храма и ты не в ответе за…

Я не договорила, потому что Раян подошёл ближе, схватил под локоть и уверенно потянул вверх, поставив меня на ноги. В этот раз хранитель обнял меня сам, наклонившись и уткнувшись лбом мне в плечо. Его объятия были порывистыми, крепкими и ласковыми, я неосознанно заплакала. Вначале беззвучно, но как только его пальцы зарылись мне в волосы на затылке, я всхлипнула, сжимая ткань его одежды на спине.

– Прости меня.

Меня затрясло от горечи в его шёпоте.

– Прости, что сам не пришёл за тобой. За то, что мы так поздно. За то, что я не сумел помочь Джуну, твоему дедушке и всем остальным. Я позволил врагам разорить наш храм. Это всё моя вина. Прости меня, Ашарин.

Не знаю, как долго эти слова копились в нём, но теперь выходили беспрерывным потоком. Я отрицала, мотая головой, но боялась открыть рот и разрыдаться в голос. Выпитое вино вместо облегчения обнажило скопившееся горе, я никак не могла остановить льющиеся слёзы.

Раян выпрямился, я попыталась спрятать заплаканное лицо в ладонях, но он сам принялся стирать мои слёзы со щёк. Он не скрывал собственной печали, пока я постоянно отводила глаза, смущаясь своего вида. Раян сел на мягкие подушки и утянул меня за собой, заставив сесть рядом.

– Тебе правда не обязательно за мной присматривать, – хрипло пробормотала я, неловко поправляя нефритовые одежды. – Мне уже давно восемнадцать. Я совершеннолетняя и должна сама о себе заботиться. Даже Шин не хочет со мной нянчиться, – тише напомнила я, припомнив, как рад был тот, что Раян берёт всю ответственность на себя.

– Шин? О чём ты?

– Он был рад избавиться от меня.