— Элени, ты стараешься спровоцировать меня. Я не идиот. Мне известны твои игры, и это сработает не в твою пользу.

Зеленые глаза сверкнули страстью, однако глубоко в его мрачной душе тлела ненависть.

— Я такая, какая есть. Понятно? Как тебя там, черт возьми, зовут-то. Если не нравится, дай мне уйти!

В гневе мужчина повернулся и ударил кулаком в стену рядом с моей головой.

— Никогда! — зарычал он, быстро удаляясь из комнаты.

Моя глупость просто не знала границ, потому что я неожиданно выпалила:

— Ты такой же ненормальный, как и я, придурок! Ты никогда со мной не справишься! Убей или отпусти меня!

Только вот кричать и далее стало бессмысленно, так как он уже ушел, щелкнув дверным замком. Вот черт!

Глава 12

Габриэль

Она специально пыталась вывести меня из себя, эта конченая сучка, которая не желала ничего, кроме как приободрить себя крепким напитком и получить эйфорию от бутылки. С целью порыться в ее вещах я быстро прошел в свою комнату. Нащупав рукой холод металлической фляжки, я вытащил ее и потряс. Едва открыв, ощутил резкий запах виски и поморщился. Одного его оказалось достаточно, чтобы прожечь мое горло. Можно было даже не выпивать эту жидкость, которая, попадая на язык, уничтожает изнутри весь организм. Не следовало давать ей спиртное, но мне хотелось уязвить Элени, показать, как испортил ее алкоголь, дать почувствовать, что она растоптана, ведь только так девушка могла бы понять весь кошмар своего состояния. Она являлась пьяницей, алкоголичкой и, не смотря на все стремления и цели, ее жизнь проходила впустую. Я вернулся обратно и, открыв дверь, застал ее сидящей на кровати и завернутой в полотенце. Не совсем понял, то ли вода капала с ее волос, то ли она все еще потела. Элени взглянула на меня покрасневшими голубыми глазами, дрожа от холода под махровой тканью. Я швырнул свою находку на кровать. Девушка поморщилась. Однако стоило заметить холодный металл фляжки, она поняла, что я принес, и в ее взоре засияло дикое желание.

Колеблясь, она смотрела то на меня, то на вожделенный сосуд. Наконец, подобрав его, девушка подержала спиртное в руках. Затем пожала плечами, щелкнула крышкой и присосалась к горлышку. Фляжка видимо оказалась полупустой, поскольку сделав пару глотков, Элени оторвала ее от губ. Защелкнула крышку обратно и бросила опустевшую тару на кровать. И тут она неожиданно смутилась, не решаясь поднять на меня глаза. А я, стоя в дверях, просто наблюдал за ней.

— Тебе лучше?

Острая злость и ненависть переполнили мою душу. Я прекрасно понимал, что того количества алкоголя, которое оставалось во фляжке, недостаточно для избавления от болезненных симптомов. Однако этого вполне хватало, чтобы раздразнить организм и усугубить состояние Элени. Ее зависимость вызывала у меня отвращение. Она выбрала болезнь, в то время как многие отдали бы все, чтобы быть здоровыми, сильными и энергичными.

— Нет. У тебя есть еще?

— Извини, но нет, — улыбнулся я. — Не вижу нужды в том, чтобы травить себя. Я надеюсь, ты понимаешь, что сама создала себе проблемы.

Она посмотрела на меня с вызовом.

— Что ты за человек? — Этот вопрос застал меня врасплох. И только я собрался ответить, как она залилась каким-то маниакальным смехом, словно медленно теряющий рассудок человек. — Итак, недоумок, ты похищаешь женщин, я так подозреваю, с целью изнасиловать и убить. И при этом у тебя в доме нет ни капли алкоголя? Считаешь, что это делает тебя великим и могущественным? Ну, я пью и что? А кто не пьет? И, заметь, не я похищаю людей. Полагаю, если сравнивать, кто из нас хуже, так это ты!

Мой разум помутнел от злости, голоса, которые едва шептали, зазвучали громче и безумнее. Голову заполонили мысли о жестокости, силе и контроле, навязчивые образы того, что можно с ней сделать, как проучить ее, избив кулаками или пройдясь кожаным ремнем по разукрашенному телу. Я отступил назад, сохраняя дистанцию между нами. Элени продолжала смотреть на меня, и в ее возмущенном взгляде сквозила растерянность.

— Так ты будешь отвечать или нет?

Мне пришлось сдержаться. Я изо всех сил боролся, чтобы не проявить насилие по отношению к ней.

— Элени, я советую тебе держать язык за зубами.

Сжимая переносицу пальцами, я съежился, потому что невыносимые голоса и не думали замолкать. К несчастью, чем больше говорила моя пленница, тем громче они становились.

— Мне заткнуться? Ха! Да пошел ты, ублюдок. Это ты меня похитил. И теперь просто обязан терпеть меня. Я умру в любом случае, так ведь? Давай же покончим с этим дерьмом.