Как я могу сказать правду? «Мама, мне опасно выходить из дома, пока мы с девчонкой из будущего не найдем способ обмануть смерть». Ну уж нет! Меня отвезут в ближайший госпиталь и посадят в комнату с мягкими стенами. Хотя это тоже вариант…

– Не хочу болеть, в школе гуляет вирус. Уже несколько учеников валяются с гриппом. – И я не соврал, ведь каждый год кто-то верит, что раз пришла весна, то можно надевать легкую куртку. Наивные.

– Ладно… Позвоню из машины. – И стоило маме взять телефон в руки, она сразу погрузилась в работу. – Никогда, слышишь, никогда не соглашайся устраивать гендер-пати. Беременные – это ядерная смесь капризов, слез, истерик и любви. Поверь моему опыту!

Мама выскочила из дома и села в машину. А я подбежал к окну, чтобы убедиться, что с ней все хорошо. К счастью, мама спокойно выехала и поехала по пустой дороге.

Но я не мог отойти от окна. Меня словно магнитом держало. Дрожь бежала по коже, играясь с моими нервами.

– Мы вернулись! – крикнул отец с задней двери дома.

– Супе-е-ер!

Я продолжил смотреть на дорогу. Давай. Давай. Давай! Я чувствую, это сейчас произойдет! Но дорога у дома пуста… Неужели мы ошиблись?

БАХ!

Красный спортивный автомобиль с невероятной скоростью врезался в дерево, которое росло недалеко от дороги. Любимое дерево Бёрге. Мы всегда там задерживаемся после прогулки.

К горлу подкатила тошнота. Я бросился в гостевую ванную на первом этаже.

– Авария! – закричал я отцу. – Вызови спасателей!

Через десять минут вокруг красной машины столпились врачи, спасатели и соседи. Я не смог заставить себя выйти, меня все еще мутило от одной только мысли, что все могло закончиться вот так.

– Жив, – отец вошел в дом. – Пострадал сильно, но жить будет. Не справился с управлением. А вот машине конец. Хорошо, что никого не было рядом в этот момент.

Не было, потому что мы знали будущее…

– Страшное дело… Ладно, я на работу. А ты поспи, весь зеленый.

Какой сон? Все спасены!

Выходить на улицу страшно. Меня не отпускает мысль, что я в опасности. А еще эта тишина… Где все люди?

Да, мой средний балл полетит вниз быстрее яблока, которое упало Ньютону на голову. Надо бы вернуться к нормальной учебе. Но сейчас мне было просто необходимо что-то спокойное и безопасное. Как дом Дэни с огромным количеством печенья.

– Ого! – Дэни открыл дверь и расплылся в улыбке. – Наш призрак вышел на свет! Заваливайся!

– Чувак, не знаю, что со мной, просто нужно было побыть одному.

– Иногда друзьям не нужно все рассказывать, не парься. Мы просто рядом. Что бы ни случилось.

Может, я плох в музыке, но в выборе друзей и девушки я точно лучший.

Я смотрела то на экран телефона, то в окно. Снова на экран – и снова через стекло на дом семьи Йессен. К их двери подошли какие-то люди, им открыл мужчина – отец Кая. Они вошли внутрь. Отлично. Стало быть, все получилось. Если жизнь в их доме кипела, значит, все было в порядке.

«Ты представляешь? Сейчас ты увидишь Кая!»

Я спустилась по ступеням, внимательно оглядывая все вокруг и пытаясь понять, что конкретно в этой реальности изменилось.

– О, привет, – удивилась я собственному отражению в зеркале.

На мне был широкий темный балахон, создающий ощущение гиперобъема, странные украшения на шее и запястьях, а в волосы были вплетены десятки тонких косичек.

– Прикольные бусики, – хмыкнула я, обратив внимание на черный лак на своих ногтях.

То, что изменения прошлого неизбежно влекли за собой изменения будущего, конечно, пугало. Но в одном я могла быть уверенной – что в любом случае останусь собой. Вряд ли в прошлом что-то могло бы измениться настолько кардинально, чтобы я вдруг оказалась лучшей подругой Эмилие, например, или стала фанатом брокколи.

– Герда! – Мама вошла в открывшуюся дверь. – А ты куда?

– Я собиралась…

– Мне только что звонил из школы твой учитель, как его… господин Халль. – Она поставила пакет с покупками на пол и сняла куртку. – Говорит, ты опять прогуляла сегодня его предмет. Это правда?

– Ну… э…

– И как ты теперь планируешь аттестоваться по физике?

– Мам, я все исправлю, обещаю! – Я схватила свое пальто и накинула на плечи. – Завтра!

– Куда это ты? – Мама попыталась перегородить мне дорогу.

– Вопрос жизни и смерти! – выпалила я, выпучив для пущего эффекта глаза. – Я ненадолго. Обещаю!

И проскользнув мимо нее, выбежала из дома.

– Герда! – Ее голос смолк за дверью.

– О, это ты, – поприветствовала я кошку, сидящую на крыльце. – Всё такая же… белая.

Она посмотрела на меня как на дурную. А я понеслась дальше – через дорогу, к дому Йессенов. Затормозила у двери, отдышалась, постучалась и замерла, слушая, как сердце колотит в грудь, словно пытаясь оттуда выбраться.

Вот сейчас, вот он откроет мне, мы посмотрим друг другу в глаза и…