— Нет уж. Если это случится, (что маловероятно), то я требую, чтобы ты испил меня до дна в тот же день. Я не собираюсь мучиться годами! Лучше смерть, чем пожизненно питать тебя собой!

— Полминуты назад ты была уверена, что не будешь моей, а теперь ставишь условия нашей совместной жизни. — Рассмеялся он. — Мне это нравится.

— Не приближайся! — Воскликнула Майя, когда Александр подошел ближе.

— Еще с утра я так и планировал: выкачать всю твою силу, как только она проявится и будет отдана мне. — Прошептал он, притянув ее за затылок к своему лицу. — Но теперь… видя, как твой огонь, — Александр обхватил прядь ее золотистых волос и намотал на пальцы, — подходит моему огню, я начинаю колебаться.

Майя решила, что он собирается ее поцеловать, и сильнее сжала зубы, но не угадала. Эрлинг отпустил ее, и в следующую же секунду на его ладони вспыхнуло яркое пламя. Оно взметнуло волосы девушки и отразилось в ее испуганных глазах, а затем погасло также быстро, как и зажглось. Лишь только жар остался на ее щеках.

Сделав глубокий отчаянный вдох, Майя инстинктивно опустила взгляд на Биби. Закон запрещал демонстрировать магические способности на людях, но, видимо, Эрлингов это не касалось. Силы пьянили Александра, и оттого он бесстрашно шел на риск.

— Она уже спит. — Сказал он, наклоняясь и подхватывая Бригитту на руки. — Я бы не стал рисковать напрасно. — Александр прищурился, метнув в Майю хитрый взгляд. — Надеюсь, и ты не посвящаешь смертных в наши тайны.

— С чего бы мне это делать. — Хрипло ответила она.

И прочистила горло. Бригитта знала многое из того, что ей не следовало знать, но никому никогда не проболтается.

— Потому, что, если ты делишься с людишками нашими секретами, ты подвергаешь опасности в первую очередь их самих. Мне ничего не стоит свернуть шею твоей подружке, если я решу, что она знает слишком много.

Он понес Биби к стоянке, и Майя припустила за ним.

— Эрлингам и убийства легко сходят с рук? — Бросила она ему в спину.

— Вижу, тебе уже не терпится стать частью семьи. — Ответил Александр.

— Стой. Да куда ты ее потащил?

— В машину. Или ты бросишь подругу здесь?

— Наша… наша одежда осталась у костра! — Выдохнула Майя.

Она совершенно растерялась. Неужели, ей придется сесть в машину к врагу? Но Эрлинг, кажется, не слушал. Он продолжал нести Бригитту к стоянке за пристанью.

— А этот парень, который собирался увести с собой Биби, ты его знаешь, да? — Спросила Майя, догнав его.

— Знаю. — Бросил Александр через плечо.

— Один из наших, судя по вашему разговору.

— Да. Это Вике. Мелкий жулик, промышляет любовными чарами. Его силы слабы, как и у многих в нынешние времена, поэтому приходится дополнительно подпаивать девчонок алкоголем.

— Вот козел! — Сплюнула Майя.

— Обычно он проворачивает это с девицами из колледжа, они сговорчивее, и с ними меньше проблем. Не знаю, чего это вдруг Вике потянуло на сопливых школьниц.

— Тебе, значит, тоже девушки из колледжа больше по вкусу?

— А ты ревнуешь? — Усмехнулся он, останавливаясь у машины.

— А ты сменил тактику? — Ухмыльнулась она ему в ответ. — Решил, что поможешь мне, и я забуду, кто ты такой, и как бываешь со мной груб?

— Так дело только в этом? Мне следует быть ласковее с тобой?

Майя зарычала с досады. Она открыла дверцу и помогла ему усадить Биби.

— Схожу за вашими вещами. — Сказал Александр. — Жди здесь.

— С-спасибо! — Неожиданно для себя самой бросила она ему вслед.

Эрлинг обернулся и внимательно посмотрел на нее.

— Я просто защищал свою собственность. — Произнес он.

— Ты… — Слова так и не слетели с ее губ.

— Тебя. — Пояснил Александр. — Ты принадлежишь мне, Майя. Не забывай об этом.

* * *

У Хассе Хаберга от напряжения тряслись поджилки, и пот лил градом, заливая глаза. Он судорожно соображал, как будет оправдываться, когда Йенсен застукает его с трупом, и не мог придумать ничего вразумительного. Любая версия выглядела бы дико.

Лучше бы он позволил решить этот вопрос Совету! Лучше бы доложил им о том, что кто-то использует черные заклинания для оживления мертвеца, чем взялся бы за это сам! Но Хассе ненавидел представителей Совета, ведь его члены собирались отдать его единственную дочь главенствующему роду, они хотели принести ее в жертву ради одной лишь цели — чтобы Эрлинги и дальше продолжали править и указывать всем, как жить.

Совет только назывался Советом. На самом деле, они ничего не решали. С первого дня основания этот орган был призван защищать интересы лишь тех, кто его создал. Интересы семьи Эрлинг. Все остальное — просто прикрытие. Оправдание их бесчинств.