— Биби уговаривает меня пойти с ней на костер, — призналась Майя, лениво вытягиваясь на диване, — Катина празднует свой день рождения в шатре на пристани, и там будут все наши, но погода — ужас, я боюсь отморозить себе что-нибудь! Юханна, правда, обмолвилась о горячительном: сказала, они раздобыли целый ящик вина и будут варить глёг в здоровенном котле!

Она отняла телефон от уха и посмотрела на экран: с соединением все в порядке, отсчет секунд не останавливался. Так почему тогда Хьюго молчал?

— Эй, алло. — Произнесла она, прикладывая мобильник к уху. — Хуги, ты тут?

— Да.

— Чего молчишь?

— Чтобы грязно не выругаться. — Прошипел он. И вдруг его словно прорвало. — Майя, ты в своем уме⁈ Ты на полном серьезе мне сообщаешь, что собираешься втайне от отца пойти на пристань, чтобы посидеть у костра и выпить глёга?

— А что такого? — Вздохнула Майя, усаживаясь и выпрямляясь. — Я — большая девочка.

Хьюго простонал, выругался и затих. Молчание длилось несколько секунд, затем он тихо проговорил:

— Я сегодня помогаю матери в баре, поэтому не смогу пойти с вами. И не смогу тебя защитить.

— Защитить? — Выдохнула Майя, вставая с дивана. Она подошла к окну. — Если кто и может защитить меня, то только я сама. Подумай сам, Хуги, сегодня в школе они просто отшвырнули тебя в сторону, словно куклу, и такое происходит каждый раз! Как ты собираешься меня защищать? Это смешно. Сколько бы Александр не зажимал меня по углам, все его слова — просто угрозы, и он лишь проверяет меня на прочность. Семейство Эрлингов не тронет меня, если не проявится дар, и чтобы там их сынок не пытался… — Девушка замерла. — Алло, Хьюго?

Она уставилась на экран. Вызов оборвался.

Майя хотела перезвонить другу, но вдруг поняла: она его оскорбила. Как бы ни были сильны противники, и как бы ни был слаб Хьюго — он всегда пытался ее защитить. Даже, когда они превосходили числом. Даже, когда толкали, били его или грубо хватали за шею. Хьюго знал, что проиграет, но бросался на ее защиту. Всегда.

А Майя своими словами только что унизила его. «Вот черт!» Она попыталась перезвонить, но телефон друга был выключен.

— Обижается, точно девчонка. — Процедила Майя, злясь на саму себя. — Ну, и ладно. Я докажу, что способна сама постоять за себя, и что не нужно оберегать меня от этого мира, словно несмышленого ребенка! — Она набрала номер подруги. — Хэй, Биби, я решила идти с тобой. Зайдешь за мной по пути?

«Что плохого может случиться с ней, если она прогуляется вниз по улице и посидит немного со школьными друзьями у костра? Заодно докажет всем, что с ней не нужно нянчиться, и она сама себе хозяйка. А Хьюго… Хьюго мне не папочка, пусть имеет это в виду».

Майя взглянула на часы и побежала выбирать подходящий наряд.

* * *

Обливаясь потом, Хассе спускался на служебном лифте и вспоминал свою последнюю встречу с Петтером. Как и двое других погибших от удара в сердце, тот был Тенью — служителем Совета, в чьи обязанности входила негласная слежка за членами клана, а также строгий контроль за соблюдением порядка. Тени обычно появлялись внезапно и также внезапно исчезали, за это их так и прозвали. В последний раз, когда Тунберг наведался к ним домой, у них состоялась беседа, которую даже с натяжкой не назовешь приятной.

— Мы ничего не нарушали. — Напрягся Хассе, завидев на пороге своего дома Тень.

— Визит вежливости, доктор Хаберг. — Улыбнулся Петтер, оттесняя его в сторону и входя без приглашения. — Я пришел убедиться, что у вас с дочерью все в порядке.

На нем был черный костюм, черные ботинки, в руке — черный зонт, с которого прямо на ковер стекали капли воды.

— У нас все хорошо. — Сказал доктор и стиснул челюсти.

— Не нужно воспринимать все в штыки. — Петтер Тунберг оглядел гостиную. Его взгляд привлек детский рисунок Майи на каминной полке, он внимательно изучил его и обернулся. — Совет хочет быть уверен, что все развивается, как надо, и девочка получает должный уход.

— Вы серьезно? — Кашлянул Хассе. — Майя — моя дочь, и я обеспечиваю ее всем необходимым.

— С человеческой точки зрения — да, но что-то мешает пробудиться ее способностям. — Петтер посмотрел на него из-под бровей. — Возможно, стоит подумать над тем, как мы можем стимулировать этот процесс…

По спине доктора пробежал холодок.

— Что значит «стимулировать»? Это незаконно!

— Вы должны понимать. — Тень подошел ближе и ухмыльнулся. — Девочка очень важна для этта, приближается ее совершеннолетие.

— Я понимаю это. — С трудом сдерживая гнев, произнес Хассе. — Но у Майи нет того, что вы ищите. Совет проверял ее не единожды.

— Могу понять вас, как отец. — Снисходительно кивнул Петтер. — Вы беспокоитесь о ней, желаете защитить, но поверьте, быть Избранной — великая честь. Для нее и для вас тоже. Майе очень повезло продолжить славные традиции нашего этта и наполнить своими силами верховное древо.