«Она закончит с ним и возьмется за тебя» — подсказывал внутренний голос Хассе, и доктор поднялся на ноги. В следующий миг незнакомец в плаще, собрав остатки сил, сорвал женщину с себя, точно дикую кошку, и, придавив к полу, стал отрывать от нее части тела — руками и зубами. Хаберг вздрогнул, когда ему в лицо брызнула ее кровь, и словно прозрел: весь коридор был перепачкан красным — пол, стены, пакет с трупом Петтера, скамья у стены. Просто кошмар!
Покончив с женщиной, парень посмотрел на него. Безумный и в то же время умиротворенный взгляд — он был человеческим, не как у этих тварей. Все лицо парня было измазано кровью, и запах вокруг стоял жутчайший. Хуже, наверное, чем на скотобойне.
Он поднялся, шатаясь, и сделал неуверенный шаг. Плащ на нем был изодран в клочья, из ран продолжала хлестать кровь.
— Пожалуйста, не… — подняв руки, произнес Хассе.
Но тот уже не мог причинить ему зла: с глухим рычанием он опустился на колени и облизнул алые от крови губы. А затем его взгляд потух, и тело обмякло.
Луна желтела мутным пятном в темном небе. Где-то высоко в ветвях деревьев прокричал ворон. Микаэль закрыл глаза и снова открыл. Теперь он понял, почему небо раскачивалось, а в лицо бил острый запах страха: человек в очках куда-то нес его. Но на сопротивление не оставалось сил. Микаэль слышал, как звонко колотится его сердце, видел плечо, в которое можно вцепиться, если только хватит сил. Всего капля крови, возможно, могла бы его спасти. Всего одна…
И тут он услышал еще чье-то сердцебиение — где-то неподалеку. И этот кто-то был очень спокоен. Возможно, он наблюдал. Голова Микаэля завалилась набок, и парень уставился в темноту, где среди деревьев чье-то сердце продолжало отстукивать спокойный, размеренный ритм. А затем темнота поглотила Микаэля полностью.
— Черт, черт, черт! — Сплюнул Хассе, закрыв заднюю дверцу своего автомобиля после того, как устроил на заднем сиденье тело парня.
Доктор не был даже уверен, жив ли тот. И не совсем понимал, зачем вообще делает это. Из благодарности или любопытства? Все-таки, он спас его из лап тех чудовищ, но и сам был не вполне человеком… Или, может, исследовательский дух руководил Хабергом в тот момент? Он сам не знал.
— Какого черта ты творишь, Хассе? — Спросил он у самого себя, взглянув в темноте на свои залитые кровью одежду и руки. — А Петтер? Они, вероятнее всего, приходили за Петтером… Боже…
Доктор закрыл автомобиль и метнулся обратно. Он совсем забыл про труп в пакете, который следовало уничтожить. Тот, кто превратил в чудовищ двух членов их клана, явно собирался сделать то же самое и с Петтером. Но когда Хассе приблизился к зданию, на нижнем этаже уже горел свет, и из распахнутых дверей доносились крики. Очевидно, сотрудников клиники заинтересовал шум, который они наделали в служебном коридоре, и кто-то, возможно даже Йенсен, решил проверить и обнаружил трупы и последствия бойни.
Хаберг хотел подойти ближе, но вдруг застыл в нерешительности. Как он объяснит свое присутствие здесь в такой час? Да еще и в испачканной кровью одежде.
Где-то вдалеке раздались звуки полицейских сирен, и Хассе бросился к машине. Не помня себя, он добежал до стоянки, прыгнул в автомобиль и обернулся к заднему сиденью. Глаза парня были закрыты, он не дышал и не подавал признаков жизни.
«Отлично. Днем ты жаждал заполучить труп, теперь он у тебя есть. И не беда, что совсем не тот».
— Черт! — Выругался Хаберг, ударив ладонью по рулю. — Черт…
«Нужно собраться. Давай же, возьми себя в руки».
Хассе резко выдохнул и медленно вдохнул. Затем завел двигатель и выехал со стоянки. Никто не встретился ему на дороге, пока он покидал территорию медицинского комплекса, но отчего-то доктора не покидало необъяснимое ощущение, что за ним наблюдают.
Глава 6
— Папа, это ты? — Спросила Майя, но ответа не последовало.
Она и сама добралась до дома всего пять минут назад, поэтому торопилась привести себя в порядок. Честно говоря, девушка планировала притвориться спящей к его приходу, но сама едва не опоздала из-за того, что пришлось отвозить домой Биби и оправдываться перед ее матерью. И если бы Александр не гонял на автомобиле как сумасшедший — за что она ругала его последними словами, то, вероятнее всего, Майя столкнулась бы с отцом прямо в дверях их дома.
Переодевшись в пижаму, затолкав пропахшую дымом одежду в корзину для белья и прикрыв сверху полотенцами, она принялась чистить зубы. Раньше люди жгли костры, чтобы отпугивать ведьм, а теперь ведьмы сами с удовольствием отдыхали возле огня с людьми, ничуть среди них не выделяясь. Майя улыбнулась своему отражению. Она сама не знала, что чувствует по отношению к своей природе.