— Только ты, как всегда, заставила меня импровизировать и существенно усложнила задачу, — мрачно бросаю я, отрываясь от стола. Обхожу кресло и встаю за ее спиной. Эрика вздрагивает, почувствовав на своих плечах жёстких захват моих ладоней. — Тебе нужно было тихо сидеть в своем Нью-Йорке и не высовываться. Ждать, когда я найду тебя, Эйнин. Только и всего. Ты все равно бы оказалась здесь. Не думай, что могло сложиться иначе. Дело нескольких дней. Ты просто поспешила, снова ввязавшись в опасную для жизни авантюру. За тобой должен был приехать человек от моего имени с новыми документами на имя Медины Рияд. Ты въехала бы в страну как гражданка Анмара, возвращающаяся домой из путешествия со своим официальным опекуном. Поверь, Медина Рияд никогда бы не попала под бдительное наблюдение АРС, в отличие от американской шпионки Эрики Доусон. Ее пребывание здесь было бы абсолютно безопасным, — я резко разворачиваю Эйнин к себе вместе со стулом, и ее пронзительный взгляд впивается в мое лицо. Она успешно справилась с первоначальным шоком и частично осознала шаткость своего положения. — И мне не пришлось бы срочно перестраивать свои планы, чтобы сохранить жизнь одной неугомонной идиотке, — наклонившись, добавляю я.

— Я бы не поехала сюда, тем более с незнакомым человеком, — четким уверенным тоном произносит она, вызывающе глядя мне в глаза. — Я вообще никогда не собиралась возвращаться в Анмар.

— А как же любовь, Эйнин? Я не знала, как жить без тебя. Мне нужно было снова увидеть тебя, — иронично цитирую я ее же слова. Наши взгляды встречаются в рассыпающемся искрами напряженном поединке. Время замирает, в очередной раз столкнув меня лицом к лицу с жесткой правдой. «Я никогда не собиралась возвращаться в Анмар». Да, я догадывался, точнее знал наверняка, что Рика преследует свои цели, заявившись в Асад, которые, как оказалось, касались и меня лично. Выходит, Кадер оказал агенту Доусон услугу, отправив прямиком ко мне в качестве «подарка». «Я не знаю, что я искала, Джамаль… Любое подтверждение тому, что выводы принца беспочвенны». А что агент Доусон собиралась сделать, если бы нашла компромат на меня? Тоже передала своим? Как? В стенах дома — невозможно. Шаг за периметр, и пуля в лоб обеспечена. Кадер сразу дал понять, что Эрика Доусон — нежелательная гостья в Асаде. Если она не нужна мне, то не нужна никому и подлежит ликвидации. «Если она угроза, то я ее уничтожу». А полковник никогда не бросается словами.

Скрипнув зубами от вспыхнувшей ярости, я отворачиваюсь и отхожу к окну. Сунув сжавшиеся в кулаки руки в карманы светлых свободных брюк, я какое-то время слепым взглядом смотрю на внутренний двор и подъездную дорогу. Черт, совсем забыл о времени. Взглянув на часы на запястье, облегченно перевожу дыхание. Еще десять минут. Пора заканчивать этот фарс. Я вздрагиваю от неожиданности, почувствовав нежное прикосновение женской ладони к своем плечу, в следующую секунду Эрика прижимается щекой к моей спине, обнимая торс руками. Черт знает, что творится. Мы молчим несколько мучительных секунд, слушая учащённое дыхание друг друга и гулкое биение сердец. Я ожидал истерики, допросов, обвинений, новых обещаний отомстить мне самым жутким образом, но никак не ласковых объятий и не тех слов, что она произнесет далее тихим, проникающим под кожу голосом:

— Чтобы ты ни говорил сейчас, во что бы ни ввязался, я знаю, что ты делаешь это ради благих целей. Я знаю, чувствую, что ты хороший человек с правильными принципами и целями, — согревая мое плечо теплым дыханием, шепчет Эрика. — Другого бы я не полюбила. И мне безумно страшно, что они доберутся до тебя быстрее. Я верю в тебя, Джамаль, и люблю. Сильнее, чем ты, можешь себе представить. Но если бы не задание, я бы даже под страхом смерти не приехала в Анмар сама. И это тоже правда. Мой разум принимает, что существуют семьи, где две, три, четыре женщины любят одного мужа и счастливы, но сердце никогда не примет подобный вариант отношений.

— Примет, — твердо и безапелляционно заявляю я, накрывая ее ладони, сцепленные на моем напряженном прессе своими. — Через пять минут сюда приедут трое мужчин. Два представителя шариатского суда и мулла.

— Зачем? — растерянно спрашивает Рика, пытаясь отстраниться и убрать руки, но я силой удерживаю их.

— Чтобы оформить никах, — решительным тоном сообщаю я, ощущая, как ее тело застывает за моей спиной. — Все решено, Эйнин.

— Это… невозможно, — дернувшись, надтреснуто выдыхает Эрика. — Незаконно, в конце концов. Джамаль, мои документы фальшивые. Этот брак будет недействительным.

— Фальшивую жизнь ты проживала в Нью-Йорке, Эрика, — резко говорю я, продолжая удерживать ладони Эрики. — Медина Рияд — настоящее имя. Я восстановил твои документы. Они абсолютно законны.

— Ты не можешь заставить меня. Нет! — возмущенно восклицает она. — Резко обернувшись, я властно обхватываю ладонью ее скулы, заставляя смотреть мне в глаза, в которых снова разгорается злость. Моя драчливая девочка. На этот раз у тебя просто нет выхода, ни одного малейшего шанса сбежать от своей судьбы.

— Да, Медина, — утвердительно киваю я, нежно лаская пальцами ее скулы. — Именно такой ответ я рассчитываю услышать.

— Почему именно сейчас? Сегодня?

— Зачем тянуть? — равнодушно передергиваю плечами.

— Есть что-то еще, — подозрительно прищурившись, произносит Рика. Отстраняется, толкая в грудь, и пятится к столу, не сводя с меня пытливого взгляда. Не оборачиваясь, нащупывает на краю столешницы книгу с дворянским гербом Остен на обложке и поднимает вверх. — Объясни, что это значит? Откуда у тебя кольцо с фамильным гербом Остен на оттиске?

— У вас есть предположения, агент Доусон? — изогнув бровь, скептически интересуюсь я.