— Твоя семья была как-то связана с похищением Малики? — озвучивает Эрика абсурдную мысль или просто отгоняет ту, что напрашивается сама собой.

— Малика находилась на раннем сроке беременности, когда ее похитили, Рика, — прислоняясь бедром к торцу рабочего стола, бесцветным голосом сообщаю я, наблюдая, как все краски медленно покидают ошеломленное лицо Эйнин. — Ей удалось сбежать спустя полгода во время обстрела. Карен Остен была серьёзно ранена, но у нее хватило сил добраться до пустыни в поисках укрытия, где на нее наткнулся Омар Камаль, возвращавшийся в Аззам с заработков. От шока и боли у Малики начались роды, Омар не смог пройти мимо и помог женщине, хотя многие на его месте поступили бы иначе. Мой отец был святым человеком с широким сердцем… — сделав короткую паузу, я возвращаюсь к главному. — Малика родила сына и почти сразу умерла от полученных ран. Омар снял кольцо с ее пальца, забрал ребёнка и вернулся в свой поселок, сказав всем, что младенец — осиротевший сын его сестры из соседнего города.

— Господи. — Подняв руку, Эрика прижала дрожащие пальцы к губам, изумлённо хлопая ресницами. Шок, недоумение, потрясение — вот базовый минимум тех эмоций, что бушуют сейчас в огромных глазах.

— Я буду говорить быстро и коротко, чтобы ты поняла, — делаю шаг вперед, и Рика отступает, плюхнувшись задницей на край стола. — Завтра состоится закрытое совещание, где правительству представят первого сына и настоящего наследника Махмуда аль-Мактума. Именно c этим событием была связана моя встреча с премьер-министром. Дамир Видад и Таир Кадер гарантировали безопасность наследнику до того момента, как он будет официально признан монархом. У нас есть сегодня и завтра. Два дня, Рика. Это ответ на твой вопрос. Если что-то пойдет не так, никто не тронет официальную супругу архитектора Джамаля Каттана. Как Эрика Доусон — ты здесь абсолютно бесправна и уязвима. Без моей защиты ты не выберешься из Анмара живой.

— Что может «пойти не так»? — нервно спрашивает Эрика, впившись в мое лицо испуганным взглядом.

— Мы должны предусмотреть различные варианты, Рика, — сухо поясняю я. — Я не собираюсь умирать, но слишком многие хотят убрать меня с дороги. Случиться может все что угодно, — я сокращаю расстояние между нами ещё на один шаг. — Эрика, полковник Кадер устроил твое похищение, умыкнув из-под носа Искандера аль-Мактума, с которым у него есть некоторые разногласия.

— Не ты?

— Не я, — отрицательно качаю головой. — Но для меня.

— Зачем? — сипло спрашивает Рика, обхватывая себя за горло, словно ей вдруг резко стало нечем дышать.

— Похоже, все вокруг знают, что я одержим американской шпионкой, кроме нее самой, — криво ухмыляюсь я. — Ты — подарок, Эрика. Широкий жест Кадера в знак особого отношения. С первой минуты твоего пребывания здесь ты находилась под прицелом. Полковник бы с радостью ликвидировал тебя, если бы не опасался, что в таком случае я откажусь от сотрудничества или поведу себя… неожиданно и непредсказуемо. Пока ты здесь, рядом со мной — тебе ничто не угрожает, но если договорённость сорвется в силу независящих от меня причин, то сама понимаешь, чем все закончится.

— Как статус жены Джамаля Каттана защитит меня от преследования Кадера? — недоумевающим тоном спрашивает Эрика.

— Семейные узы в Анмаре очень сильны, Эйнин, — делаю ещё один шаг, и теперь мы стоим вплотную. — Жена и любовница — кардинально разные понятия, зона ответственности и правовой статус. Лейла — дочь Кадера, и он не подвергнет ее жизнь риску, послав в дом снайперов, которые могут случайно перепутать цель. Даже при самом худшем развитии ситуации у тебя будет время связаться со своими и попросить помощи.

— Ты действительно заключил соглашение с этими преступниками? — недоверчиво спрашивает Эрика, сверля меня напряженным пытливым взглядом.

— Да, — твердо киваю я и отступаю назад, наблюдая, как недоверчивое выражение на лице Эйнин сменяется глубоким разочарованием.

— Зачем? — одними губами задает она следующий вопрос.

— Разве не очевидно? Власть, деньги, неограниченные возможности, — я ухмыляюсь, и взгляд Эрики, обращенный ко мне, стекленеет. — Какой бедный художник откажется от титула наследника правящего монарха?

— А файлы Ильдара Видада? — взволнованно спрашивает Рика, все еще пытаясь найти способ оправдать мои действия в собственных глазах. — Ты используешь их, чтобы уничтожить «Шатры Махруса»?

— Нет, — отрицательно качаю головой. — Эти файлы — моя гарантия на случай, если Кадер или советник внезапно захотят расторгнуть соглашение, — губы Эрики плотно сжимаются, в глаза прокрадывается арктический холод.

— Не смотри на меня так, — резко приказываю я, но она даже бровью не ведет. Оторвавшись от стола, вплотную подходит ко мне.

— Если все это правда, то ты ничем не отличаешься от Ильдара, — обвиняющим тоном выплевывает Эрика мне в лицо.