— Пожалуйста, позвони мне. Хочу, чтобы ты поняла…с самого начала я все знала, и неоднократно пыталась найти варианты, которые бы тебя устроили. Разговаривала с Джаредом, использовала все запрещенные приемы. Но ты знаешь, как бывает трудно с твоим отцом. Если он что-то решил, что-то пообещал, о чем-то договорился, его не переубедить. Эту гору не сдвинуть. И все же, мы оба хотим тебе счастья. Он тебя очень любит. Мы любим. Наша первая, невероятная девочка…все будет хорошо, — мамочка едва ли не всхлипывает. — Мне очень жаль, что ты восприняла все так болезненно. В твоем возрасте я бы поступила также. Прости меня, что не сказала раньше…я до последнего надеялась, что у тебя будет возможность самой решать, кому подарить свое сердце и с кем провести жизнь. Вряд ли тебя это успокоит, но мне в твоем возрасте тоже было знакомо — каково это, когда решают за тебя. И это всегда больно».

Не могу долго злиться на маму.

И ее сообщение бесповоротно убеждает меня в том, что если в плане «А» есть существенные недостатки, то лучше сразу перейти к плану «Б».

Как взрослая и разумная девушка, я должна найти здравый и адекватный выход из ситуации.

Я просто поговорю с шейхом на чистоту, без фальши и лести. Каким бы смелым, наивным и опрометчивым не казался этот вариант — он точно лучше, чем сумасбродный побег, который может разрушить мою семью и превратить карьеру Нейтана в пепел.

В конце концов, зачем зрелому мужчине нужна девчонка, которая его не любит и не хочет? У него же очередь из невест, а над сохранением взаимовыгодных отношений между эмиром и отцом я поработаю лично. К тому же, эта его Дайан Леманн и возможные дети. Полный трэш, я должна стать мачехой в двадцать два?!

Со слов отца, Амиран цивилизованный, воспитанный мужчина, и наверняка эмир поймет мой отказ правильно.

Ну и последним фактом, толкающим меня на смелые действия, является то, что шейх вырос в США, а значит, он далек от давно устаревших традиций Анмара, согласно которым арабские девушки зачастую ни разу не видели своего будущего мужа до свадьбы.

Я набираю личный телефон эмира, оставленный вместе с визиткой, ощущая, как сердце беспощадно тарабанит по ребрам, пока я слушаю длинные гудки без ответа.

— Да, Алиса, — его низкий и бархатный голос обладает магическим свойством мгновенно брать в плен. Я сначала цепенею, а потом расправляю плечи. Отвечает Амиран аль-Мактум вполне благосклонно, располагающе к конструктивному диалогу.

Надежда, на то, что мы поймем друг друга, возрастает до небывалых высот.

— Я бы хотела поговорить с вами…с тобой, Амиран, — вспоминаю его просьбу называть его по имени, стараясь сильно не зажиматься от волнения.

— Так быстро подготовила доклад в защиту женских прав? — официальным тоном уточняет Амиран. — Ты меня впечатляешь, — добавляет вкрадчиво.

Опуская взгляд, замечаю, как кожа на предплечье покрывается мурашками.

— Да, — бесстыдно вру я. А что еще сказать? Я подойду к главной теме издалека. Придется прихватить с собой что-нибудь из стареньких статей, в которых я довольно красочно расписала свое мнение на этот счет.

— Я найду время для нашей встречи, Алисия. Сейчас. У меня как раз окно, — произносит так, будто я не имею права отказаться или внести свои коррективы, что мне не очень нравится.

Я удивленно смотрю на часы. Почти девять часов вечера. Я не планировала идти к Амирану так поздно…

Но тянуть нельзя.

Я думаю, мы оба понимаем, что разговор пойдет не о политике.

 — За тобой скоро приедут, Алисия, — не выдержав моего затянувшегося молчания, Амиран аль-Мактум принимает решение за меня.

— Я сама могу… — начинаю противостоять я, но он стремительно сбрасывает вызов.

Я не думала, что встреча состоится настолько быстро.

Вскочив с кровати, я отправляюсь в душ. День, проведенный в постели, превратил мою вчерашнюю прическу в орлиное гнездо.

Нет, я не хочу быть красивой для шейха. Исключительно для себя — чтобы чувствовать себя увереннее.

Через двадцать минут я получаю короткое сообщение от Амирана «выходи», накидываю первую попавшуюся одежду, и, ныряя в сабо на плоской подошве, решительно восхожу на эшафот.

Оказываясь на улице и вдыхая прохладный воздух, сразу замечаю кортеж из пяти черных машин, вторгнувшихся на территорию студенческих кампусов.

Черт возьми. 

Выглядит масштабно. И устрашающе.

Но робеть, давать заднюю и отменять встречу поздно. К тому же, я уверена, что через час мы с Амираном Аль-Мактумом облегченно выдохнем и вместе порадуемся, что нам удалось прийти к компромиссу.

Наряд мой, естественно, разительно отличается от вчерашнего: вместо профессиональной прически — влажные вьющиеся волосы, место утонченного платья занимает простая белая футболка и студенческая темно-синяя юбка в складочку. Взяла первое, что попалось под руку и компенсировала короткую длину изделия длинным и теплым кардиганом, постоянно спадающим с плеча.