— Стрелял не я, и не в спину, — возражаю глухим тоном, злясь на то, что приходится объяснять очевидные вещи. — Пуля попала в грудь. Мердер увидел снайпера до того, как тот выстрелил. Он был готов к тому, что произойдет. Чтобы ты ни думала, Анджелина, Кол отдавал отчет своим действиям и возможным последствиям, но все равно делал то, что хочет, надеясь на удачу или счастливый случай, или черт знает что еще… — раздражённо бросаю я.

— Он был мечтателем, — сквозь слезы шепчет Анджелина. — Хотел подарить мне весь мир и построить дом на холмах… далеко-далеко… возле океана, где мы были бы счастливы вдвоем, — судорожно всхлипнув, она растирает слезы по лицу. — И мы бы были, Амиран. Я знаю это, просто знаю…

— Мердер заразил тебя своими иллюзиями, — уверенно произношу я. — В действительности ваша счастливая лодка не продержалась бы и года. Колман был болен, а ты слишком молода, чтобы это понять. Такова реальность, Анджелина…

— Ваша реальность, Амиран, — дерзко перебивает Энжи. — А мы с Колманом смотрели на мир одинаково. Или ты считаешь, что я тоже больна?

Я молчу, задумчиво рассматривая напряженные черты, тени под глазами и покрасневшие веки, размазанную помаду на искусанных губах и выбитые буквы на пальцах. У Мердера есть похожая татуировка, но имя другое. Pixel и Brain…

— Вы сумасшедшие, — озвучиваю не обнадёживающий вердикт.

— Тогда найди специалиста, который вылечит меня, потому что я не могу научиться жить иначе, — в сердцах восклицает Анджелина, и бесконечная тоска в ее глазах убеждает меня в том, что она не лжет. — Я пыталась, но ничего не выходит. Я играю в жизнь, но не живу по-настоящему. Цвета погасли, и я словно дальтоник на перекрестке… каждый раз перехожу наугад, в глубине души надеясь, что однажды удача меня подведет, и мое существование закончится, …а потом дико стыжусь этих мыслей. Мои родные не виноваты в том, что я умерла тогда вместе с ним.

— Ты неплохо справлялась и многого добилась за прошедшие годы, — напоминаю я, пытаясь вытащить рациональную сторону стойкой и сильной девушки. — Твои родители гордятся тем, какой ты стала. Уверенной, независимой и успешной. Не стоит перечеркивать и обесценивать достигнутые результаты из-за неприятного инцидента с Гримальди.

— Сейчас я благодарна, что все произошло именно так, — вскинув голову, Анджелина останавливает на мне погасший взгляд. — Иначе я бы не узнала правду.

— Какую правду, Анджелина?

— Ты знал, что Себастьян дал наводку ЦРУ на Коулмана? — в голубых глазах холодным серебряным блеском мерцает сталь.

— Мне не предоставили подробности расследования, — отрицательно качаю головой.

— Теперь знаешь… Моего мужа подвела не удача, — ее голос натянуто звенит. — Гримальди сделал это из-за меня.

— Ты ошибаешься, — уверенно возражаю я, поняв куда она клонит. — Ты не виновата в том, что произошло, как не виновата в том, что Кол не был способен нести ответственность за свои поступки. Именно он подверг тебя риску, а не наоборот.

— Если бы можно было вернуть время вспять, я бы сама уговорила его бежать и…

— Хватит, ты не понимаешь, что говоришь, — резко обрываю ее на полуслове и, присев рядом, встряхиваю за плечи. — Послушай меня, девочка. Твой муж был психически нестабилен, но отказывался от полноценного лечения и терапии. Я отправлял к нему лучших специалистов, настаивал на регулярных обследованиях, но Мердер упорно считал, что лучше знает, как справляться со своими проблемами, и умело убеждал меня, что ему это удается.

— Он не справлялся, — трясет головой Энжи, снова заливаясь слезами. — Ему становилось хуже с каждым днем, но я бы помогла…

— Не помогла бы, — категорично утверждаю я. — Ты бы просто не успела. Он мог умереть в любую минуту, Анджелина. У тебя на руках или в самолете по пути в Асад.

— Я не понимаю… — смаргивая влагу с ресниц, хмурится Энжи.

— Мердер употреблял тяжелые препараты много лет, сам себе назначая дозировку. Побочные эффекты от хаотичного приема привели к серьезным повреждениям мозга. У него случались ишемические приступы, которые он даже не замечал. Последний должен был его убить, но пуля оказалась быстрее.

— Так ты успокаиваешь свою совесть, Амиран? — яростно шипит Анджелина, вскакивая на ноги. Я поднимаюсь следом, выдерживая ее полый презрения взгляд.

— Моя совесть чиста, — чеканю каждое слово. — Как и твоя, — добавляю я, и ее губы начинают мелко дрожать. — Если бы я знал, чем все это обернется, то насильно бы отправил его на лечение. Я жалею, что не сделал этого, Анджелина. Нельзя спасти того, кто не хочет быть спасенным. Мердер сам запустил программу саморазрушения и не сумел вовремя остановиться.

— Он хотел! — кричит она, срывая голос. — Хотел ради меня! Ты не знал его… Ты совершенно его не знал, — полностью потеряв контроль, Энжи бросается на меня, но я успеваю перехватить ее запястья.

— Отпусти его, — спокойно говорю я, требовательно глядя в полыхающие гневом глаза. — Отпусти и продолжай жить.