Я впервые видела Брэндана настолько растерянным. Еще бы, брат восстал из мертвых и заявился на твою свадьбу… Бастиан переплюнул даже тот прием, на котором Брэндан упал замертво.

— Это мы проверим, — Брэндан прищурился, приглядываясь к «брату». Я знала, что от военных действий его удерживает только то, что невинные гости могут пострадать. — Что тебе нужно? Как бы там ни было, будь ты кем угодно, король — теперь я. Не ты, Бастиан.

— Условия теперь здесь буду ставить я, братец. Во-первых, ты пока не король, и как видишь, добрая половина гвардии переметнулась на мою сторону, хоть это и стоило мне времени и сил. Все это время я был у тебя под носом, а ты даже не замечал этого… , впрочем, как и главного. Я бы поздравил тебя и невесту — наипрекраснейшую Кенну — принцессу Франции, потерянную принцессу. Настолько засекреченную, что даже ее внешность не поддавалась разглашению, и ты так наивно выискивал ее по жалкой метке все эти годы. Ну не глупец ли ваш принц, господа?! — Бастиан снисходительно рассмеялся, пренебрежительно махнув в сторону Брэндана.

— Взять его! – скомандовал Брэндан, но Гвардия Бастиана незамедлительно ответила рокочущим выстрелом. Сотни капелек на хрустальной люстре под потолком предательски задрожали, норовя сорваться вниз.

— Я начну всех здесь расстреливать, если будешь предпринимать что-либо, брат. По одному. Теперь, после долгих лет отсутствия, я понимаю, что мы с тобой в равном положении. Поэтому ты позволишь мне жить в замке и представить себя народу. Я понимаю, что несмотря на то, что я являюсь прямым наследником трона, не смогу вернуть доверие людей так быстро. Поэтому я не буду предпринимать кардинальные меры.

— Ты действительно думаешь, что сможешь победить меня? Я не один. Ты — тень, восставшая из мертвых. Твое слово против моего ничего не значит, теперь когда люди знают, что со мной они будут в безопасности. За мной крупнейшие страны Европы: Франция… — он указал на Скарлетт.

— Конечно, благодаря твоей невесте. Кенне-Скарлетт. Какой же ты глупец, даже смешно. Это жалкая самозванка, которая обвела тебя вокруг пальца, а никакая не принцесса Франции. Но должен тебя порадовать, настоящая принцесса находится здесь, в этом зале, — Бастиан пристально смотрел на меня. Кровь прилила к щекам, я не понимала, откуда он может знать… все уставились в одну точку. На м-е-н-я.

— Девушка, известная здесь под именем Камелия. Прекрасный цветок, который я намерен оберегать и боготворить. В общем, делать с ней все то, чего ты никогда не был достоин, – моя челюсть оказалась где-то в районе груди. Я окаменела, глядя на Бастиана, приклонившего передо мной голову.

Кажется, новая глава в моей жизни переносится на неопределенный срок.

POV Брэндан

На меня смотрел отец и брат в одном лице. Таким Джонатан выглядел на старых фотографиях, и уже тогда я знал, что Бастиан не просто похож на него, он абсолютная его копия. Каждый раз, когда я пристально рассматривал брата, я невольно ловил себя на мысли о том, кто я на самом деле.

Что я не такой. Испорченный. Бракованный. Проклятый.

И вот мой кошмар вернулся вместе с тысячами вопросов и болью. С разрывающим виски вопросом:

Во имя чего я терпел муки Адинбурга, если мой брат каким-то образом выжил?!

Но я же видел… видел, как он разбился на скале. Кровь вытекала из его головы. Там была ужасающая, смертельная высота. Вдобавок брата смыло волной. Он НЕ МОГ выжить. Разум отчаянно твердил мне, что это нереально, но глаза будто смеялись надо мной.

Брат был старше на восемь лет, но ни у кого в зале бы не возникло сомнений в том, что он и есть Бастиан.

Но вернувшийся из преисподней Бастиан убил меня не так, как новость, от которой у меня пересохло во рту и вспотели ладони.

— Девушка, известная здесь под именем Камелия. Прекрасный цветок, который я намерен оберегать и боготворить. В общем делать с ней все то, чего ты никогда не был достоин, - Бастиан с почетом поклонился Камелии. Моей Камелии, на которую он не имел никакого права так пялиться.

Она выглядела иначе. Гордая осанка и слегка опущенные вниз брови – примерно так она выглядела в миг, когда я впервые ее увидел. В каких-то лохмотьях, грязной, но упорно стоявшей на своем. С огнем в глазах и с силой в маленьких ручках.

Если бы я знал, что такое любовь, сегодня я бы влюбился в нее заново.

Я несколько раз замечал, что даже в таком скромном и закрытом платье на нее постоянно бросают взгляды.

— Камелия? Моя фаворитка, — мой голос охрип, я все еще не мог понять, что за бред несет призрак моего брата. — Принцесса Франции — моя невеста. Не знаю из какой дыры ты вылез, но ты явно путаешься в показаниях. Я согласен оказать тебе лечение. Но о короне ты можешь забыть. И для начала ты сдашь кровь.