– Не трогай меня, – инстинктивно отталкивает, прижимаясь плотнее к изголовью кровати. Поджимает колени к груди, обнимая себя и дрожит, глядя на меня как на пришельца с другой планеты.

– Это я, Кэн. Мак. И только я, – приближаюсь к ней, нарушая ее зону комфорта, вдыхая пряный цитрусовый аромат ее кожи. – То, что я сказал в саду… ты больше никогда не услышишь от меня таких слов. Просто поверь мне, что все произошло так, как должно было произойти.

– Пошел к черту, Карлайл. Видеть тебя не хочу. Ты убийца. Ты… ты… – грудь Энигмы поднимается и опадает, чувственные губы жадно ловят крупицы воздуха.

– Ты нужна мне. Я люблю тебя, – как бы ни было трудно открыто говорить о своих чувствах и признавать себя человеком, я делаю это. Открываюсь ей, прекрасно понимая, насколько ей необходимо это услышать, после всего, что она пережила. – Такие слова ты будешь слышать, Эни, – подаюсь вперед, запуская раскрытую ладонь в мягкие волосы Кэндис. Мои губы быстро находят ее, мы соприкасаемся лбами, дыша в одном рваном ритме. Близость Энигмы сводит меня с ума, а горячие образы того, как я владел ей на этой самой кровати, еще сильнее будоражат разум.

Ее рот в сантиметре от моего: раскрытый, мягкий, горячий, чувственный… я хочу пригубить с губ Кэн ее душу, но ее удары кулаками по моей груди кричат мне о том, что стоит повременить. И объясниться… хотя тому, что произошло с нами с самого начала нет логического объяснения.

Ключевое слово – «произошло», в прошедшем времени. А это значит, что куда важнее, что мы построим дальше. И я хочу, чтобы мы творили нашу реальность вместе.

– Я не верю тебе, Мак. Не трогай меня. Отпусти… умоляю. Оставь меня в покое. Навсегда. Почему тебя еще не посадили за решетку? Ты… ты все это делал…

– Это не так. Не совсем так, – поправляю я Кэндис. Черт, я ненавижу оправдываться, но Кэн единственный человек, ради которого я могу сделать несколько исключений.

– Я не верю тебе. Мои друзья чуть не погибли сегодня… а ты был с другой женщиной. Чтобы ты ни сказал, чтобы ты ни сделал – я в тебе. Более. Не нуждаюсь, – медленно чеканит каждое слово Эни, превращая мою кровь в кипяток. Я готов вспыхнуть мгновенно, подмять под себя, пленить, связать в долбаное шибари эту упрямую девочку, и четко разъяснить, что мне плевать, нуждается она во мне или нет… она моя и точка, черт ее подери.

Но что-то останавливает вулкан эмоций внутри, топит их волнами безмятежности и любви. Нежности. Я не хочу больше удерживать ее насильно рядом, привязывать к себе веревками или психологическими манипуляциями. Я хочу настоящего.

Добровольного.

Выбора.

Я хочу чувствовать, что ее сердце выбирает меня из тысяч других, потому что любит, а не потому, что я сломил ее волю, скрутил в узел и повесил в лаборатории, словно трофей.

– Зато наш ребенок нуждается во мне, – выдыхаю в ее губы, едва касаясь их. Свободной ладонью прикасаюсь к плоскому животу Эни, обтянутому тонкой футболкой. Пройдет несколько месяцев прежде, чем я почувствую, как малыш двигается и толкается внутри нее, но уже сейчас я ощущаю едва уловимое энергетическое тепло, которое сквозь пальцы попадает в мои вены, и устремляется горячим потоком к сердцу. Я вижу код… и он похож на мой.

– Ты не увидишь моего ребенка. Ясно? – вздрагивает Эни, боится. Пытается оттолкнуть, но я ловлю ее запястья, удерживая на месте.

– Это и мой ребенок тоже.

– Пусть так. Удивительно, что тебя это вообще волнует. Так или иначе, я тоже сделала выбор. И он не в твою пользу, Карлайл. И напомни мне, почему ты еще не в тюрьме.

– Потому что я не заслужил лишения свободы. Скоро ты сама в этом убедишься.

– Еще скажи, что все было игрой, да? И взрывы, и природные бедствия? Все ведь матрица, игра, Мак. Так какого черта тебе нужен «игрушечный» ребенок? Заведи себе куклу. И играй целыми днями. Только нас оставь в покое…

– Ты не понимаешь, Кэн, – рычу я, сжимая пальцы на ее хрупких плечах. – Своим выбором, я, наоборот, изменил судьбу мира… черт, это не важно. Уже нет. Я выбрал остаться здесь, выбрал чувства к тебе. Выбрал эту боль, которую ощущаю, когда хоть на миг допускаю мысль о том, что никогда не увижу нашего ребенка, или ту безграничную любовь и нежность в твоих глазах, восхищение, страсть… которую когда-то видел. Я хочу прожить эту жизнь вместе с тобой. Создать нашу реальность, Кэн. Я научу тебя. Ты получишь все, о чем мечтала. И будешь самой счастливой. Ты это заслужила. Теперь, мы оба это заслужили, пройдя эту чертову программу, написанную каким-то безумцем…

– И этот безумец – ты, Мак. Ты. Ты говоришь о выборе. Что ж, дай мне его сделать тоже. И я выбираю жизнь с надежным и любящим меня мужчиной, – снова сопротивляется Кэн, и я, наконец, замечаю, что она кидает взор в сторону двери. Оборачиваюсь лишь на мгновение, и замечаю в дверях Джека, наблюдающего за развернувшейся, между нами, драмой.