Мне просто хотелось, чтобы этот разговор поскорее закончился. А он явно хотел меня избить. И я не собирался ему мешать, потому что заслужил это. Так что мы просто тянули время. Но Дин все продолжал сидеть. И даже не дергался в мою сторону. Но в тот момент, когда я уже решил, что он сейчас отрубится на моей кровати, он обернулся.

– Погоди, неужели я даже не услышу «спасибо» за то, что распечатал ее? – усмехнувшись, спросил он.

К черту все. Он сам напросился.

Я первый бросился с кулаками. Врезал ему прямо в нос, надеясь, что в этот раз врач не сможет вылечить его красивое лицо. Дин в ответ схватил меня за рубашку и толкнул через всю комнату. Я отлетел назад и врезался в телевизор, висевший на стене. Он тут же обхватил меня руками, уперся плечом в живот и давил, пока у меня за спиной не затрещал экран. Застонав, я врезал ему в челюсть, но решил ограничиться этим.

Черт побери, я ведь этого заслуживал.

И понимал, что будет больно.

Он продолжал избивать меня по лицу, и я не особо сопротивлялся. Даже когда он свалил меня на пол и ударил остроносым ботинком. Ведь он не был Дэрилом. А оставался моим другом. И именно я напортачил. Да и сам надавал ему тумаков, когда он ухлестывал за Эмилией.

Извиваясь на ковре у его ног, я прикусил губу, чтобы сдержать болезненный стон. Перед глазами все плыло. Но ведь я сам заварил это дерьмо.

– Ты действительно трахнул мою бывшую? – ревел Дин с яростью и недоверием в голосе.

Легче простить врага, чем друга. И я прекрасно это знал на своем опыте.

Он испытывал боль. Но я тоже ее испытывал, когда узнал, что они начали встречаться.

Дин поступил как мудак, начав ухлестывать за ней тогда, а я поступил как мудак, затащив ее в свою кровать сейчас. Вот только она не была его навязчивой идеей. Его слабостью. Хреновой ахиллесовой пятой.

– О да. И будь я на твоем месте, то не стал бы сейчас останавливаться. Потому что и дальше собираюсь трахать ее. Она будет принадлежать мне.

Дин ударил меня снова, но мне удалось сдержаться и не свернуться калачиком. Я знал, это станет последним ударом, потому что из его носа хлестала кровь. И если ему не хотелось, чтобы тот распух, то должен был остановить кровотечение и приложить лед. Алые капли обагряли ковер, намекая, что мне придется заплатить за этот погром.

– Вставай, – приказал он.

Я ухватился за край кровати и с трудом поднялся на ноги.

Дин улыбнулся и разгладил окровавленную рубашку.

– Отлично выглядишь, – подколол он.

Я понимал, что за последнюю пару минут заработал два фингала под глазами и сломанное ребро, поэтому молча кивнул.

– И ты тоже. Хренов красавчик. Ты хотел что-то еще?

– Вообще-то, да. – Он прислонился к столу рядом с моим ноутбуком и посмотрел на меня с неприкрытым превосходством, которое я не раз видел на его лице за все эти годы. – Мне интересно, как, черт побери, по-твоему это должно закончиться? Отсюда ты отправишься в Лос-Анджелес, а я вернусь в Нью-Йорк. Хотя… знаешь, что? Не переживай, я позабочусь о ней в своем кабинете.

Он хлопнул себя по груди и подмигнул мне.

Тело окатило волной ярости, и мне оставалось лишь напоминать себе, что он просто дразнит меня за то, что я вел себя с ним как настоящий засранец. И все же пришло время положить этому конец.

– Лучше убирайся вон, пока я не сделал чего-нибудь такого, что будет стоить нам миллионов и долгих лет в душных залах суда. Катись отсюда.

Но Дин даже не пошевелился. А с его лица слетело все самодовольство, вызывая у меня лишь вздох.

– Уволь ее, Вишес. Я не хочу, чтобы она работала в моем филиале. Да и в твоем тоже. Эта девушка трахалась с другим парнем, пока мы были подростками. И даже не потрудилась ответить на мои звонки.

Вот только он ошибался. Она уехала, потому что я заставил ее это сделать.

– Это не так, – сказал я, хотя понятия не имел, что делать дальше.

Она отказалась переезжать в Лос-Анджелес. А Дин не позволит ей работать в офисе Нью-Йорка. Я не знал, как ее удержать. Но отчаянно хотел это сделать.

– Именно так, – спокойно ответил Дин. – Эта девчонка одурачила меня.

Кровь из его носа продолжала заливать ковер. Черт бы его побрал.

– Она этого не делала, – сдавшись, прорычал я.

Всплеснув руками, я мысленно вцепился в остатки своего самообладания, которое еще оставалось во мне, чтобы не броситься на него снова. А затем заметил, что мой непотушенный косяк прожигает дыру в залитом кровью ковре за спиной Дина. Проследив мой взгляд, он раздавил его дизайнерскими туфлями без шнурков.

– Она не обманывала тебя. Это сделал я, – чуть успокоившись, объяснил я. – Я дал ей двадцать тысяч долларов и выгнал ее из города. А взамен она пообещала наговорить тебе, что встречается с другим, и дать понять, что больше не хочет видеть тебя.