Я знала, несмотря на его попытки скрыть, что он пьян. Снова. Найт обычно очень осторожен с алкоголем, по крайней мере, был до вечеринки у Вона, так что это звоночек.

Хотя меня ведь не было здесь несколько месяцев. Может, это новая норма?

– Ты ходишь по льду, – предупредил Дин, сидящий напротив нас, толкая сына под столом. Он точная копия своего отца. Только вот если толкал, то делал это сильнее.

Найт улыбнулся, с чавканьем засовывая кусок запеченной индейки себе в рот.

– В последнее время я хорош в том, что касается поломки вещей. Так что, еще один слой не сделает погоды.

– Внимание всем, – раздался пронзительный голос Эмилии, будто сейчас начнется драка между Найтом и всеми остальными за столом. – Сменим тему. Ребята, вы собираетесь заняться чем-то интересным, прежде чем Луна вернется в колледж? – Она посмотрела на нас с Найтом и Воном.

Мне захотелось умереть прямо сейчас. Эмилия точно не обращала внимания на настроение за столом. Найт рассмеялся и покачал головой. Вздохнув, я повернулась к нему лицом к лицу. Я уже достигла низшей точки настроения, но я очень, очень, очень не хотела портить вечер всем остальным.

Он удивил меня тем, что посмотрел прямо на меня впервые за вечер.

Взглядом я приказывала ему заткнуться.

Честно? Я почти сказала это.

– Ох, посмотрите. Какой щенячий взгляд у Луны. Мои любимый, виноватый. – Он усмехнулся, поворачиваясь и обращаясь ко все сидящим. – Отвечу на ваш вопрос, тетя Эмилия, я не уверен, что мы займемся чем-то хорошим до отъезда Луны, но я чертовски уверен, что она уже делала что-то интересное на прошлых выходных. Настолько хорошее, что ее партнер поблагодарил ее за ценный подарок. Она такая милосердная.

Я подавилась водой, пытаясь выкашлять жидкость, которая пошла не в то горло.

Посуда звякнула за столом в унисон. Кто-то ахнул. Чей-то стул отскочил назад, и я поняла, что это мой отец. Эди подскочила за ним, сжимая его плечо, удерживая.

Барон Спенсер выпрямился на своем месте во главе стола.

– Мальчишка, извинись прямо сейчас, пока твои тупые джинсы – все еще единственная твоя проблема.

– С удовольствием, дядя Вишес^[12]. – Улыбнулся Найт, пользуясь репутацией дяди, а потом встал и направился к лестнице.

Мой папа сделал шаг в сторону Найта одновременно с Дином, но ноги сами подтолкнули меня, и я подняла руки в предупреждающем жесте. Мне нужно поговорить с ним. Один на один.

– Я убью его, – прошипел отец, в его голосе были власть и презрение, интересно, каким был он в возрасте Найта.

Мне было настолько больно, что я даже не смогла посмотреть в его сторону, потому что все, о чем я могла думать, что папа в курсе, что у меня был секс.

– Милости прошу, – показала я. – Но сперва позволь мне разобраться самой.

Я пошла следом за Найтом, пытаясь переварить то, что произошло за столом. Он буквально заявил всем, что я спала с кем-то. Он сдал меня. Я прошла по лестнице, а затем сквозь медиакомнату, дверь которой оказалась открыта. Он знал, что я пойду за ним.

Стоя около бара у окна, он кисло смеялся, доставая бутылку с водой из мини-бара. Я поймала его, прежде чем он успел открутить крышку, повернула его за плечо. Я начала показывать ему что-то руками, но он схватил меня за запястья, испугав, толкнул к стене, пока мой позвоночник не ударился о нее. Его глаза были абсолютно безжизненными.

Я с трудом сдержала всхлип. Найт никогда не касался меня так холодно, как в тумане. Его улыбка подсказывала мне, что он решил, что мой разум не сможет сопротивляться этим новым прикосновениям, и мы теперь играем по новым правилам. Его глаза были такими же красными, как и у меня, – он, очевидно, тоже не выспался, – но еще в нем было что-то, что я не могла прочитать. Я осознала, что не имеет значения, насколько все это честно; Найт не притворяется. Он опустошен, и я не могу отрицать его чувств, независимо от того, насколько все это лицемерно с его стороны.

Сердце не спрашивает разрешения на чувства. Оно просто чувствует.

– Сейчас, сейчас, Лунный свет. Ты не такая, как твой маленький бойфренд Джош Купер. У тебя есть голосовые связки, ты просто слишком трусливая, чтобы использовать их. Очевидно, что ты недостаточно сильно хочешь исправлять все это дерьмо.

Джош Купер. Он знает его фамилию. Как он узнал? Хотя не имеет значения. Имеет значение то, как его пальцы сжали мои запястья, я пыталась освободиться, ощущая настолько сильное биение сердца, что оно практически выпрыгивало из груди. Он насмехался надо мной. Испытывал меня. Он никогда не поступал так ранее.

Слезы защипали глаза, но я не позволю упасть и слезинке. Я услышала голоса за дверью. Его пальцы сжали мою кожу еще сильнее.

– Оставьте нас, черт побери, наедине, – закричал Найт в сторону двери, продолжая смотреть на меня.