Если я беременна, у меня огромная проблема. Мой муж не хочет детей. Он сам мне об этом сказал. Вообще-то несколько раз. Вулф даже предложил мне переехать в другой дом и найти донора спермы, если меня так сильно волнуют дети. Принимая во внимание наши обстоятельства, появление на свет нежеланного ребенка противоречит принципам морали, не говоря уж о том, что это ненормально.

Но в то же время странно, как я расстраивалась оттого, что могу оказаться не беременной. Потому что новость о том, что я ношу ребенка Вулфа, радовала и волновала. Мой разум начал подкидывать мне безумные мысли. Ненужные мысли. Например, какого цвета будут глаза у нашего малыша? Точно будут темные волосы и стройное телосложение, как у нас обоих, но какие глаза? Серые или голубые? Будет ли ребенок высоким или низкорослым? Унаследует он остроумие отца или мой талант играть на рояле? А кожа будет слонового цвета, как моя? Или его смуглого оттенка? Мне хотелось знать все. Я подавила желание провести ладошкой по животу, представляя, как он растет, становится круглым и идеальным, и защищая плод нашей любви.

Плод моей любви.

Никто не говорил, что Вулф меня любит. Никто даже не намекал. Даже мисс Стерлинг.

Телефон пиликнул, и я подпрыгнула, а сердце екнуло в груди. Результат не важен, я хотела покончить с этим, поэтому быстро перевернула тест и уставилась на результат.

Две полоски. Голубые. Острые. Заметные. Уверенные.

Я беременна.

Я разревелась.

Поверить не могу, что это случилось именно со мной. Вулф просил. Нет, он жестко заявил, что ему не нужны дети. И вот еще и полугода не прошло с нашей свадьбы, мы наконец решили проблемы, и теперь мне предстоит сказать мужу, что я от него беременна. Я разумно отметила, что вина лежит не только на мне. Вулф тоже виновен. Ведь это он пытался уговорить меня заняться сексом без презерватива, нес чепуху, что успеет вытащить – отличная работа! – и, прикинув даты, уверил, что у меня нет овуляции.

Только мы не учли, что мои месячные сместились в ту же минуту, как я приняла таблетку экстренной контрацепции.

Впрочем, это я привлекла его к себе, когда он кончал, и помешала ему, пусть даже непреднамеренно, вовремя вытащить член. Я понимала, что другого случая не представится, ведь все оставшееся время в домике мы пользовались резинкой.

Понуро опустив плечи, я вышла из туалета и поплелась по коридору к выходу в непримечательный осенний день. Мне нужно положиться на мисс Стерлинг. Уж она-то знает, как поступить.

Я направлялась к машине Смити, когда вдруг Анджело повалил меня на траву. Я взвизгнула, тут же подумав о ребенке, и отпихнула его, глядя, как он самозабвенно смеется, пытаясь меня пощекотать.

– Анджело… – Я почувствовала приближающуюся истерику. Разве не первый триместр самый важный? Я не могла позволить себе валяться на траве. – Слезь с меня!

Он быстро вскочил на ноги, приглаживая светлые волосы и смотря на меня сверху вниз. Что это было? Анджело всегда вел себя осторожно и уважительно, всегда был вежлив со мной, правда, но после моей свадьбы никогда больше так меня не трогал.

– Господи, богиня, прости. – Он протянул мне руку, и я взялась за нее. Раздражало, что он продолжал называть меня богиней. Однако, полагаю, бесцельный флирт законом не запрещен. Хотя стоило бы. Тогда женщины не смогут приставать с предложениями к моему мужу каждый раз, как он выходит из дома.

А еще тогда ты станешь жить в деспотичной стране.

Я встала и оглянулась, не зная, что ищу, и стряхнула с платья и кардигана травинки.

– Похоже, день у тебя не задался. Я просто хотел развеселить подругу, – объяснил Анджело. Разве могла я сказать своему милому другу, что он абсолютно прав? Этот день стал самым лучшим и самым худшим одновременно. Я смахнула с его плеча травинку и улыбнулась.

– Ты не виноват. Извини, что сорвалась на тебе. Я просто удивилась.

– На том конце парковки тебя ждет водитель. Как и личная охрана, которая, кстати, фигово справляется, учитывая, что их сейчас тут даже нет. – Анджело пошевелил бровями и, стараясь успокоить, пальцем помассировал мне плечо. Вулф настоял, чтобы после погони со мной везде ходили охранники. Только на этой неделе мне удалось убедить его нарушить протокол, и они не вышли из машины, оставив меня одну на территории колледжа. Мы давно ничего не слышали о моем отце или Майке Бандини. Скорее всего, сейчас они заняты тем, что пытаются удержать на плаву Синдикат, подальше от железного кулака Вулфа. Если я хотела подружиться с кем-нибудь в колледже, то не нужно, чтобы за мной тенью бродили двое мужчин размером со слона.

Я не рассказала Анджело, что сделал его отец. В отличие от Вулфа, я умела разделять отца и отпрыска. Может, потому что слишком хорошо знала, как испытывать стыд из-за действий родителей.

– Спасибо. – Я набросила сумку на плечо и неловко, даже виновато встала напротив Анджело.