И не повредит, если моя невеста в качестве награды за разумное поведение получит возможность общаться с матерью.

– Домой, – приказал я Смити.

– В шесть у вас собрание, – напомнил мне один из агентов личной охраны.

Забавное название для телохранителя, но шансы, что я запомню его настоящее имя, нулевые. Обычно об общественных обязанностях напоминал мне личный помощник, но он в пятый раз за лето слег с кишечным расстройством и неустанно писал Смити и моим телохранителям, следя, чтобы я не выбился из графика.

– Давай побыстрее, – махнул я рукой.

Наша машина летела мимо Сирс-тауэр, заведений с дешевыми неоновыми вывесками, где подавали пиццу по-чикагски^[7], и бродячих музыкантов, исполняющих свои версии современных хитов, а я думал о своей невесте. Франческа проросла в меня как ногти. Медленно, верно и без моих поощрения и одобрения.

Каждый вечер она ждала меня в своем садике, и от ее тела исходил подозрительно приятный аромат земли, сигарет и мыла. Франческа надевала длинную, почти прозрачную ночную сорочку, которая от пота и росы прилипала к ее телу. Невеста всегда удивлялась и радовалась, когда я, при всем параде, опускал ее на влажную землю, прижимал колено ей между ног и жадно целовал ее губы, пока они не начинали болеть, а во рту не становилось сухо. Она каждый раз охала, когда я проводил ее рукой по своему члену через брюки, а один раз даже осмелилась сжать его, когда мы оказались в беседке, спрятанной от людских глаз, где Франческа могла бы чувствовать себя в безопасности. Глаза у нее вспыхивали от радости и восторга, когда я не случайно щелкал пальцем по ее клитору. Я каждый раз давал ей возможность отстраниться, но Франческа прижималась ко мне всем телом, делая нас единым целым.

Я выполнил обещание и не стал побуждать ее к сексу. Подумалось, что мы переспим ближе к надвигающейся свадьбе. Франческа была восприимчивой, сентиментальной и… проявляла живой интерес. Канули в Лету дни искушенных опытом дам вроде Кристен. Хоть Франческа и спала раньше с мужчинами, она была совсем зеленой. И я намеревался научить ее всем грязным штучкам, на которые не способен мальчишка Бандини. Как же мне будет весело.

Пару раз я заходил к ней в комнату, когда ее там не было, и всегда выискивал две вещи. Третью записку – она еще не открыла шкатулку. Я знал это, потому что маленький золотой ключик лежал ровно на том же месте между половицами дорогого старинного паркета. Его стоило заменить еще до ее переезда, но зато теперь я знал, где Франческа хранит свои тайны, и решил не трогать пол. Еще я проверял ее телефон на случай, если она общается с Анджело, но ничего не нашел. Его сообщения остались без ответа, однако Франческа не удалила его номер из контактов.

– Мы на месте, – сказал Смити, припарковав машину возле школы Линкольн Брукс.

В этом квартале членов преступной группировки было больше, чем образованных граждан, а мне надлежало улыбаться, махать и притворяться, что у учащихся все будет хорошо. Однажды так и случится, как только я очищу улицы от работничков отца Франчески.

Протокол требовал, чтобы один агент открыл мне дверь, а другой все время находился сзади. Так мы и сделали.

Я прошел по неровной желтой лужайке к приземистому, удручающе серому зданию квадратной формы, минуя металлические заграждения, за которыми радостные студенты и их родители ждали ближе к вечеру выступление бывшего ученика и теперь известного рэпера. У парня татушек и не вызывающих доверия шрамов на лице было больше, чем чернил в «Гарри Поттере». Я направился к директору школы, хорошо сложенной женщине в дешевом костюме и с модной в восьмидесятых стрижкой. Каблуки застучали по сухой земле, когда она подбежала ко мне.

– Сенатор Китон! Мы так рады… – начала она, и в этот момент в воздухе раздалась пальба.

Один из телохранителей инстинктивно прыгнул на меня и толкнул вниз. Я распластался животом на земле и повернул голову, смотря на огороженную толпу.

Люди стали разбегаться, родители утаскивали детей, малыши плакали, а учителя истерично кричали ученикам успокоиться. Директор съехала на землю и, накрыв голову руками, принялась кричать мне в лицо.

Спасибо за помощь, леди.

Прогремел еще один выстрел. Потом еще один. И еще, и каждый последующий звучал ближе ко мне.

– Слезь с меня, – прорычал я лежащему на мне агенту.

– Но протокол велит…

– В жопу протокол! – гаркнул я. В мою речь закрались остатки прежней, не особо упоительной жизни. – Вызови 911 и дай мне самому решить проблему.

Он нерешительно отлепил свое грузное тело, и я, вскочив на ноги, побежал к пацану с пистолетом. Сомневаюсь, что у него там осталось много пуль. Даже если и так, он показал дерьмовую меткость. Хоть и обними я его, ему бы не удалось всадить в меня пулю. Я кинулся к парню, зная, что действую не столько из храбрости, сколько из чувства мести и по глупости, но мне было насрать.

Артур, ты зашел слишком далеко. Намного дальше, чем я рассчитывал.