– Это моя так называемая жизнь. – Трент взмахнул руками и быстро проверил Луну, которая продолжала открывать и закрывать все те же двойные двери с упорством, которое стоило бы применить для поиска лекарства от рака. – Беспорядок с большой буквы «Б». И моя дочь находится в центре этого дерьмового шоу. Ее тащат через грязь и мерзость, а ее жизнь рушится из-за последствий неправильных решений ее родителей. Но с этим надо заканчивать. Ей нужна стабильность.

– И что ты предлагаешь? – Я хрустнул шеей и посмотрел ему прямо в глаза.

Я управлял штаб-квартирой «Чемпионс Бизнес Холдингс» в Нью-Йорке. Причем вполне уверенно. Я был убежденным холостяком и вполне мог тратить на работу большую часть суток. Вишес работал в Лос-Анджелесе и каждый день ездил в офис из Тодос-Сантоса. Но он ни за что на свете не согласится покинуть Калифорнию. Он здесь родился и здесь собирался умереть. Джейми обосновался в Лондоне и занимался нашими европейскими партнерами, а Трент поселился в Чикаго, в нашем новом и самом маленьком филиале. Но тот быстро расширялся. Деньги тянулись к деньгам. И это работало на нас получше любой рекламы.

– Вишес должен переехать в Чикаго. – Трент уставился на меня с убийственной серьезностью.

Я улыбнулся.

– Вишес вообще много чего должен. Но есть разница между тем, что он должен, и тем, что он на самом деле делает? Вот где он наживается.

И я не шутил.

– Ты должен поддержать меня, когда я подниму этот вопрос на нашей следующей встрече. – Он уверенно встретил мой взгляд, хотя и стиснул челюсти.

Я потянул за нижнюю губу.

– Тебе нужна не только моя поддержка, чтобы все сработало.

– Джейми тоже в деле.

– Джейми пойдет против Вишеса? – Мои брови поползли вверх.

Джейми всегда принимал его сторону, даже когда приходило время указать Вику на его дерьмо.

Но, глядя на Трента, я видел того, за кого готов сражаться. Парня, который всегда поступал правильно. Если кто-то из нас четверых и заслуживал того, чтобы к нему повернулась удача, то точно он. Я кивнул, положив руку на маленькую головку Луны.

Защити заблудших. Искупи прошлое. Разорви этот гребаный круг.

– Когда? – спросил я.

– Мне бы хотелось, чтобы все решилось до ноября. День благодарения и все такое. Мы все равно приедем сюда.

Я кивнул.

– Давай вернем тебя в Калифорнию.

Мы стукнулись кулаками и похлопали друг друга по спине.

– Да, черт возьми.

Рози

Что помогает тебе почувствовать себя живой?

Дин. Дин Коул помогает мне почувствовать себя живой.

Оставшаяся часть нашего загула в Вегасе, казалось, тянулась бесконечно, несмотря на все мои усилия. Я сводила девочек в музей Мафии, ресторан-барбекю (сначала у меня возникла мысль отвести их в суши, но как бы сильно я ни злилась на сестру, издеваться над ней не собиралась) и в спа-салон. За всю поездку мы с Милли сказали друг другу от силы слов двадцать, а когда оказывались наедине, между нами повисало напряженное молчание. Я вела себя сдержанно, вежливо и лаконично. Она выглядела несчастной, встревоженной и смятенной.

А потом появилось чувство вины. Оно разъедало меня изнутри, словно растущая опухоль. И я даже не могла определиться, что хуже. То, что меня связывал не просто секс на одну ночь с ее бывшим парнем, и что выливалось в еще одну проблему, или что я не участвовала во всеобщем ворковании, которое Глэдис, Сидни и Элли устроили вокруг сестры.

Поэтому в четверг, когда мы сели в самолет, чтобы вернуться домой, меня охватило облегчение, даже несмотря на опасения из-за встречи с родителями. Как только мы вернулись в особняк, я добралась до своей комнаты и рухнула на кровать с балдахином. Я чувствовала себя настолько измученной, что даже не пыталась скрывать свое состояние. Легкие кричали в агонии из-за танцев, прогулок и… ну, давайте просто скажем, что заниматься сексом на холодных плитках не самая лучшая идея. Так что я практически чувствовала слизь, которая обволакивала мои дыхательные пути. И хотя мне следовало записаться на прием к доктору Гастингу как можно скорее, я не могла уехать отсюда до свадьбы.

Я перекатилась на кровати, чтобы написать Элли и поинтересоваться, как прошел ее перелет до Нью-Йорка (она не смогла остаться на свадьбу из-за семейного торжества), как вдруг дверь распахнулась и старшая сестра ворвалась в комнату словно фурия.

– Нам нужно поговорить.

Повернувшись, я развалилась на троне из пухлых разноцветных подушек. Буря в ее глазах утихла моментально, стоило ей увидеть мои влажные щеки и покрасневшие глаза. А лицо исказилось от беспокойства. Именно такой Милли всегда была со мной. Даже несмотря на то, что я вела себя как капризный ребенок на ее девичнике, она таяла над моей холодной плотью.

Я похлопала по пустой стороне кровати, молча приглашая ее присоединиться. Туда, где мы сидели, смеялись, плакали, смотрели на светящиеся в темноте звезды и строили безумные планы. Я выбросила белый флаг. А она в ответ, наконец, переступила порог и закрыла за собой двери.

– Давай поговорим, сестра, – засмеявшись ответила я и тут же, закашлявшись, опустила голову.