Однако я обладал одним качеством, которого у меня никто не мог отнять… Я был преданным засранцем, а Трент нуждался во мне. Он ни хрена не сказал, но мне не составило труда догадаться об этом по нашему последнему разговору. Его явно что-то тревожило. Обычно Тренту всегда удавалось сохранять спокойствие и невозмутимость. Даже когда его футбольная карьера рухнула после того, как он сломал ногу. Даже когда Вэл залетела и заявилась к нему на порог, прося денег. Даже когда жизнь хватала его за горло и душила – изо всех сил, – он всегда ухмылялся и показывал жестокой судьбе средний палец.

Но не во время нашего последнего разговора. Вот почему я купил билеты на самолет.

Я всегда чувствовал большую связь с Трентом. С первого дня.

Возможно, потому, что он родился не таким, как остальные. Не в богатой, привилегированной семье, и готовый править частью мира, которую его предки завоевали для него. Возможно, потому, что он был порядочным, скромным парнем, которого вполне устраивало то, что он имел, хотя его семья жила в месте, которое стоило меньше, чем наш годовой бюджет на благоустройство. Что-то привлекло меня в нем как в личности, и он стал единственным из Хулиганов, которому я полностью доверял. Единственным, кому я решился бы рассказать о Нине. Конечно, до этого еще не доходило, но все возможно.

Трент всегда поддерживал меня.

И я собирался показать ему, что тоже всегда приду ему на помощь, даже если из-за этого мои игры с Рози слегка затянутся.

Когда мы окончили выбранные родителями колледжи, разбросанные по всей стране (Джейми учился в Техасе, я в Массачусетсе, Вишес в Лос-Анджелесе, а Трент в каком-то дерьмовом государственном колледже в Сан-Диего), я не раздумывая и секунды дал ему кредит в четыре миллиона долларов, чтобы он мог стать нашим партнером, когда мы запускали «Чемпионс Бизнес Холдингс».

Я не сомневался в своем решении, но мои родители, черт подери, просто затюкали меня. И чтобы как-то поручиться за него – ведь у меня не было столько денег на банковском счете, – мы с Трентом все каникулы проводили в офисе моего отца, заполняя гребаные бумажки и бегая за кофе в Starbucks, конечно же не получая за это ни копейки. А еще выступали бесплатным такси для моих сестер. Короче, выполняли роль мальчиков на побегушках для моей семьи.

И конечно же папа заставил нас с Трентом подписать контракты просто с драконовскими условиями, чтобы он не сомневался, что вернет свои деньги.

Даже после того, как фирма стала приносить нам большие доходы, Трент еще долго жил в однокомнатной квартире в Чикаго, потому что выплачивал кредит Илаю Коулу. На самом деле он переехал в более просторную квартиру только после рождения Луны, потому что ему пришлось приспосабливаться к неожиданным изменениям в своей жизни. Я бы сказал к «появлению семьи», вот только они ей не были. Особенно учитывая то, что Вэл сбежала из города, как какой-то отец-бездельник.

Я сглотнул.

Конечно, я не сомневался, что Тренту помогали. Ведь рядом с ним находились его родители. Но мне отчаянно хотелось лично убедиться, что с Луной все в порядке. Поэтому я собрал сумку и раньше всех покинул Лас-Вегас, оставив там Рози.

Дин: Внезапное изменение планов – возвращаюсь в Тодос-Сантос, чтобы побыть с Трентом.

Рози: Пиши, если ему что-то понадобится. Я с удовольствием помогу.

Дин: Спасибо. Еще раз прости за воскресный вечер. ТЕБЕ что-нибудь нужно?

Рози: Нет, забудь уже об этом. Серьезно. Мы же оба чисты, верно?

Дин: Верно.

Поскольку Рози не относилась к тем, кто ворует сперму – это больше походило на хобби Вэл, – я решил, что она принимала таблетки или что-то в этом роде. Было бы здорово, если бы она избавила меня от страданий и подтвердила это, но на самом деле меня это не касалось. Мне следовало поверить ей на слово и выкинуть случившееся из головы. Как бы нервно я ни относился к этому вопросу.

Дин: Я буду скучать по тебе.

Рози: Переживешь. Я скучала по тебе одиннадцать лет.

Дин: Я позабочусь о том, чтобы восполнить тебе все это время.

Как только я оказался в Тодос-Сантосе, зазвонил мой телефон. Но мысли были настолько заняты Трентом и Рози, что я даже не проверил номер, прежде чем ответить. Это совершенно не походило на меня, и я вспомнил, почему никогда так не делал, в то же мгновение, когда провел пальцем по экрану, чтобы принять звонок.

– Да?

– Господи, наконец-то. Я уж думала ты никогда не ответишь, – разочарованно простонала Нина.

Сердце тут же сжалось, а челюсти заскрипели. Мир на секунду сошел с оси, прежде чем я собрался с мыслями, с глухим стуком уронил спортивную сумку на пол, открыл бар Вишеса и уставился на стройный ряд стеклянных бутылок, словно они издевались надо мной. Я не был дураком. И прекрасно видел связь между моими проблемами с ней и пристрастием к алкоголю и дури.