– А я хочу трахать свою жену по десять часов в день. И знаешь что? Похоже, нам обоим не светит получить желаемое, – рявкнул Трой. – С чего ты решил, что Джеральд добровольно придет к тебе и расскажет о том, как трахнул твою мать, а потом поимел и тебя? – Трой встал и выплюнул зубочистку на пол. – Повзрослей уже, Сэм. Твоя история не сходится, и, честно говоря, с каждым днем я все больше уверяюсь в мысли, что ты что-то недоговариваешь. Тебе никогда не было никакого дела до Кэт. Да, она бросила тебя, но пыталась связаться, а ты отверг ее, даже глазом не моргнув. Не впервой твой клиент поступает с тобой несправедливо. Ты прагматичный человек. Ко всему относишься спокойно. А эту твою сторону я не знаю и знать не хочу. Эмоциональную, сумасбродную, да к тому же допускающую стратегические ошибки. Если не будешь осторожен, то вскоре совершишь несколько довольно серьезных ошибок. Я же вижу. Поговори с Джеральдом прямо или бросай эту затею. Но это была последняя выходка, которую ты ему устроил. Твоя сестра замужем за его сыном, а теперь, когда Хантер и Киллиан стали присматривать за своей матерью, они в два счета выйдут на тебя. Ты это понимаешь?

– Закончил? – спросил я, неподвижно застыв в кресле и отвергая любые чувства, что исходили от Троя, который выглядел знатно взбешенным. Такое произошло впервые. Конечно, у нас и прежде случались конфликты, но в итоге мы всегда приходили к согласию. Но не в этот раз. – В таком случае, ты знаешь, где гребаная дверь. Мне жаль, что ученик превзошел своего учителя, но порой, старик, с этим ничего не поделаешь.

Он уставился на меня в полнейшем неверии. Как ни странно, я почувствовал, как желудок сводит снова и снова, будто он сворачивается в маленький квадратик оригами.

Трой ответил мне невнятным ворчанием и умчался прочь, оставив за собой легкий шлейф одеколона и газету с убойным заголовком.

Я снова сосредоточился на таблице и только тогда заметил, что компания совершила поездку на Мальдивы, которую я мог использовать, чтобы довести расходы до максимума. Удобная дыра в бюджете на восемьдесят тысяч долларов, с помощью которой можно сбить налоговую службу с толку.

Я начал предпринимать необходимые шаги.

Джеральд кровью заплатит за содеянное.

Даже если это будет стоить мне отношений с моим приемным отцом.

* * *

Отработав до полуночи, я снова заглянул в игральные залы, проверил столы и, убедившись, что мы получаем убойную прибыль, запер дверь своего кабинета.

К тому времени, когда я дошел до своего (свежеотремонтированного) «Порше», ночь сменила черные краски на синие. Я разблокировал двери и схватился за ручку, как вдруг мне между лопаток уперлось холодное дуло пистолета.

Раздавшийся следом голос невозможно было спутать с чьим-то другим.

Я узнаю его где угодно, потому что почти десять лет слушал его вопли.

– Попался, парень.

Джеральд.

* * *

– А теперь садись в машину и давай без резких движений. Я сяду на пассажирское сиденье, – велел он, а его голос, как и пистолет в руке, дрожал от адреналина и страха.

Я небрежно вскинул руки и ухмыльнулся.

– Ты хоть умеешь обращаться с пистолетом, Джерри?

– Не надо называть меня Джерри. – Он вдавил металл в мою кожу. – Мое имя Джеральд. Ты единственный зовешь меня Джерри, а я это на дух не выношу. Я спускал это тебе с рук, потому что считал выражением привязанности.

– Ты ошибался, – невозмутимо ответил я.

– А то я не знаю. В машину. Живо. И без фокусов. Я буду стрелять на поражение, Бреннан. Ты лишил меня всего. Семьи, бизнеса, гордости.

Я спокойно, не напрягаясь, сел в салон «Порше». Страх перед тем, что он меня застрелит, был чуть ниже нуля. Поскольку, во-первых, я сомневался, что ему хватит смелости нажать на спусковой крючок, а во-вторых, даже если он выстрелит – что маловероятно, – то все равно промажет. Ему не хватало твердости руки, а мне достаточно одной незначительной ошибки, чтобы вырвать пистолет из его потных пальцев.

Ну а третья причина, и самая важная, заключалась в том, что мне плевать, умру я или нет. Я вообще никогда не был большим поклонником жизни. Мне мало что приносило удовольствие, разве что дочь Джеральда, которая больше знать меня не желала. Конечно, я сам виноват, что оттолкнул ее, но даже не сомневался, что семья не позволит ей красоваться в высшем обществе под руку с наемным слугой.

– Опусти пистолет, Джерри. Я отвезу нас в твою квартиру, но не потому, что ты угрожаешь мне пистолетом. Я могу выхватить его у тебя даже с завязанными глазами и связанными за спиной руками. Я поеду добровольно, потому что мне интересно, что ты хочешь сказать и как много тебе известно, – сказал я полным веселья голосом. – Нам давно пора поговорить о том, что действительно важно.

– Ч-ч-чушь собачья! – проговорил он, запинаясь. – Ты сделаешь, как я велю, потому что я…

Я был совершенно не заинтересован в том, чтобы дослушивать его до конца. Стремительно развернувшись, я локтем выбил пистолет у него из рук и отбросил его на дорогу. Джеральд пронзительно взвыл от удивления, бросился за пистолетом и присел к земле. Я был выше, стройнее и быстрее. Неспешно подошел к нему, когда он наклонился за оружием, и, как только его пальцы сомкнулись на рукояти, придавил его руку ботинком – без сомнения сломав при этом несколько небольших косточек.

Я причмокнул губами.

– Вы, богатые придурки, совсем не умеете слушать.