Рассказ Эвридики звучит спутанно. О том, что они с Орфеем должны были встретиться в плохо знакомой ей части верхнего города. О том, что он так и не пришел. Не отвечал на звонки и переключал на голосовую почту, даже когда ее сковал страх, а преследователь шел по пятам.

Я не перестаю гладить сестру по вискам и волосам, успокаивая. Кожа содрана с ее ладоней от падения, но она настолько напугана, что только сейчас заметила ссадины. На руке синяк из-за того, как незнакомец толкнул ее в стену, пока она не сбежала от него в первый раз. Колени тоже в синяках, потому что он бросил ее на землю на той стороне моста.

Я замечаю и запоминаю каждую травму. Как бы мне ни хотелось винить во всем Орфея, только один человек в ответе за это. Зевс. Даже мысленно произнося его имя, чувствую, как во мне просыпается ярость. Я жажду мести.

Когда Эвридика замолкает и закрывает глаза, я наконец вновь смотрю на Аида. Он уже встал и накрывает ее пледом, который лежал на диване с тех пор, как я в последний раз читала, сидя в этой комнате. Кажется, будто это было тысячу лет назад.

Он протягивает мне телефон.

– Сообщи сестрам.

Верно. Конечно. Стоило и самой об этом подумать. Я забираю телефон у него из рук, но не снимаю блокировку.

– Ты принес огромную жертву, спасая ее. – Он выстрелил в человека. Избил его. Думаю, если бы я не прокричала его имя, он бы не прекратил его бить. Не знаю, как я к этому отношусь. Я хотела, чтобы этот человек пострадал, но испытала шок, увидев такое безудержное насилие.

– Пустяки.

– Не делай так. – Мне сложно не повышать голос, но я остро осознаю, что сестра положила голову мне на колени. – Мы заплатим за последствия, и я не жалею, что ты спас ее, но и не позволю тебе отмахнуться. Спасибо, Аид. Я серьезно.

Он обхватывает мое лицо своими большими ладонями. В его темных глазах таится множество мыслей, которые мне не известны.

– Мне жаль, что ты видела, как я теряю контроль.

Не хочу задавать этот вопрос, но заставляю себя произнести слова вслух.

– Ты убил его?

– Нет. – Он опускает руки. – И ты не станешь расплачиваться за мое решение. Я об этом позабочусь.

Не успеваю я возразить, как он проводит большим пальцем по моей нижней губе и выходит из комнаты.

Мне приходится стиснуть зубы, чтобы сдержаться и не окликнуть его. Сказать ему, что он не должен справляться со всем в одиночку. Он нарушил договор из-за меня. Я не могу допустить, чтобы он расплачивался за это один.

Но он прав. Нужно сообщить сестрам. Быстро набрав сообщение, я отправляю его в групповой чат с Каллисто и Психеей. Они не заставляют меня долго ждать ответа.

Психея: «Я так рада, что с ней все хорошо!»

Каллисто: «Чертов ублюдок!»

Приходит снимок, скриншот одного из аккаунтов Орфея в социальных сетях. На фотографии он в компании трех красивых женщин с широкой улыбкой на лице. Время публикации приблизительно совпадает с тем моментом, когда он начал переадресовывать мои звонки на голосовую почту.

Психея: «Для нас он мертв».

Каллисто: «Когда я доберусь до него, он БУДЕТ мертв».

Я: «И все же не он в ответе».

Я: «А Зевс».

Каллисто: «Пошел он к черту. Его я тоже убью».

Психея: «Перестань. Нельзя так говорить».

Я: «Мы что-нибудь придумаем. Сейчас Эвридика в безопасности, а это главное».

Психея: «Держи нас в курсе, пожалуйста».

Я: «Хорошо».

– Прости.

Я откладываю телефон в сторону и уделяю все внимание младшей сестре.

– Тебе не за что извиняться.

Она переворачивается на спину, чтобы лучше видеть мое лицо. Милая невинность, которую я привыкла видеть в ее чертах, исчезла. Вместо нее теперь мучительная вселенская печаль, которую мне хочется прогнать сильнее всего на свете. Она глубоко вздыхает.

– Аид не должен был пересекать реку.

– Очень немногие вне Тринадцати верят в существование Аида. – Во всяком случае, так было, пока мы не начали нашу затею, чтобы ткнуть Зевса носом в то, что я теперь с Аидом.

– Не надо так. Знаю, что я младшая, но вовсе не так наивна, какой вы все меня считаете. Не имеет значения, что думает остальной Олимп. Важно только то, что думает Зевс. – Она берет мою руку в ладони. – Он ведь использует это, чтобы подобраться к тебе, ведь так?

Он попытается.

– Не беспокойся об этом.

Эвридика мотает головой.

– Не закрывайся от меня, Персефона. Пожалуйста. Я этого не вынесу. Я думала, что смогу не обращать внимания на все, что связано с Тринадцатью, и жить счастливо, но… – она говорит со слезами в голосе. – Думаешь, Орфей меня подставил?