Это то, чего людям не хватает. Когда откровенное зло стучится в твою дверь, легко оттолкнуть его и спрятаться под кроватью, пока оно не пройдет. Это так естественно ненавидеть кого-то, когда он изначально плох.

Но они не замечают, что редко кто бывает совсем плохим. Если бы это было так, они бы жили одинокой жизнью.

Люди, в жилах которых течет тьма, тянутся к свету, независимо от того, культивируют они его или вычеркивают из существования. Чтобы сблизиться, им нужно иметь что-то, что привлекает к ним внимание, и это обычно бывает в форме харизмы, красивого лица и сексуального тела. Что-то, от чего даже умные женщины теряют рассудок.

— На самом деле, Атлас, дело вот в чем, — я протягиваю руку и провожу кончиками пальцев по его губам.

Он хмурится в замешательстве.

— Ты, Атлас Монро, морочишь мне голову. Я так часто сомневаюсь в себе рядом с тобой, что больше не доверяю себе. Ты делаешь меня безрассудной, и хотя логически я понимаю, что это неразумно, я не могу отрицать, что ты заставляешь меня чувствовать себя живой. Но как бы сильно ты ни морочил мне голову, именно твоя улыбка творит странные вещи с моим сердцем. Ты не часто улыбаешься, но знаешь, что когда ты это делаешь, это для меня? Да, это может заставить хорошую девочку чувствовать то, на что она не имеет права.

— Такие вещи, как что? Что это заставляет тебя чувствовать?

— Это заставляет меня чувствовать, что я падаю. Нет крыльев, чтобы спасти меня, нет сети, чтобы поймать меня, просто свободное падение и надежда, что каким-то образом я выживу.

Он берет мое лицо в ладони, прижимаясь своими губами к моим: — Я не хочу причинять тебе боль.

Я закрываю глаза и киваю.

— Я знаю, но мы оба знаем, что ты все равно это сделаешь. Что я могу сделать? — я пожимаю плечами.

— Держись за меня, и когда ты упадешь, возьми меня с собой. Я не знаю, что такое любовь, Айви, но если я когда-нибудь и смогу кого-нибудь полюбить, это будешь ты. Я просто не знаю, как упасть.

Я улыбаюсь: — Все в порядке. Я просто возьму Атлас и подтолкну тебя (прим. Атлас-игра слов).

Он заливается смехом и тащит меня к большому мягкому дивану как раз в тот момент, когда звонит его телефон.

— Это, должно быть, Пит.

— Это было быстро.

Он подмигивает и голым идет к двери, заставляя меня застонать и схватить простыни с массажного стола, чтобы спрятаться под ними.

— Клянусь, если кто-нибудь увидит тебя, они подумают, что мы трахались.

— Мы трахались, — он открывает дверь и забирает еду, прежде чем закрыть ее, не сказав ни слова.

— Знаю, но я не хочу, чтобы все остальные здесь знали об этом, — фыркаю я, когда он ставит сумку на диван и начинает распаковывать огромные сочные сэндвичи и бутылки с соком.

Он пожимает плечами, нисколько не обеспокоенный, заставляя меня вздохнуть. Он этого не понимает, и я сдаюсь.

Я откусываю от сэндвича, который он протягивает мне, и стону от удовольствия.

К черту все, я перейду этот мост, когда и если я до него дойду. Прямо сейчас я собираюсь получать удовольствие.

— Эй, Айви, Кевин попросил меня отправить тебя в его офис сразу, как ты придешь, — говорит мне Джессика, выглядя обеспокоенной.

Я хмурюсь, услышав это. Нет ничего хорошего, когда тебя вызывают в кабинет менеджера.

— Наверное, это как-то связано с Марвином. Его перевели в новый клуб, открывающийся в Финиксе.

— Вау, серьезно? Когда он уезжает? — я рада за него, но знаю, что буду скучать по нему.

— Уже. Им нужно было, чтобы он приступил к работе немедленно, поэтому они отказались от двухнедельного срока.

— Хорошо, спасибо, что сообщила. Я догоню тебя, — я отмахиваюсь от нее, прежде чем она поймет, что мои чувства были задеты.

Насколько сложно попрощаться с кем-то, особенно с тем, о ком ты утверждал, что заботишься?

— Конечно, Айви, — она улыбается и выходит из комнаты для персонала, оставляя меня на минуту одну.

— Господи, у меня такое чувство, будто я направляюсь в кабинет директора, — бормочу я себе под нос, захлопывая дверцу своего шкафчика. Может быть, мне повезет из-за ухода Марвина, и они предложат мне больше часов. Где-то здесь должна быть светлая сторона. Это не помешает мне позже написать этому парню и высказать ему все, что я думаю. Я избегала его. Атлас фактически похитил меня из его дома. Ладно, возможно, я не могу винить этого парня за то, что он сбежал.

Я взбегаю по ступенькам и сворачиваю налево, направляясь в конец коридора, где находится кабинет Кевина.

Я осторожно стучу и жду, когда Кевине ответит.

Он поднимает глаза, когда я вхожу, и его улыбка исчезает.

Вау, ладно, кто помочился в твои хлопья?