Схватив его, я нажала на кнопку. Экран вспыхнул, но запросил пароль. Ладно, пожалуйста, я ведь его знала. Четыре, шесть, три, шесть. Я набрала его, но он оказался неверным. Что за черт?! Я собственными глазами видела, как она его набирала. Он обязан быть правильным. Телефон подсказал, что у меня осталась одна попытка до его полной блокировки.

Я услышала, как снова открылась дверь гаража. Черт! Должно быть, Селена поняла, что забыла телефон. Что же мне делать? И тут меня осенило. Я снова вывела на экран табло с паролем и нажала кнопку экстренного вызова. Хлопнула дверь машины, когда на мой звонок, наконец, ответили.

— Что у вас произошло?

Я побежала в другую комнату с телефоном в одной руке и Зои на другой.

— Меня зовут Талия Димитриу, и мне нужно, чтобы вы…

Прежде чем я успела закончить предложение, моя голова резко мотнулась в сторону, когда из руки дернули сотовый.

— Ах ты сука! — прокричала Селена. Она замахнулась, чтобы дать мне пощечину, но я уклонилась. Зои теперь кричала так, будто ее резали, а я отбежала от Селены подальше, чтобы она ненароком не причинила боль моей дочке. Я забежала в комнату Зои и закрыла за собой дверь прежде, чем Селена успела до нас добраться.

Дверь не запиралась, потому я прижалась к ней всем своим весом, а потом придвинула кресло-качалку и подставила под ручку, чтобы Селена не смогла ее провернуть. Как только мы оказались в безопасности, я достала пустышку Зои и села ее покормить. Она тут же успокоилась и, насытившись, заснула у меня на руках.

Поскольку я решила ни за что не покидать комнату, пока Арис не вернется домой, то пока еще раз пересмотрела свои планы. Кража телефона Селены не была первоначальной целью. Увидев его на столе, я просто решила, что стоило попробовать. Я вытащила из-под кровати небольшую сумку из-под подгузников и снова просмотрела, что накопила за последние несколько месяцев. Смесь, бутылочка, подгузники, салфетки, одежда для меня и Зои, три ножа и более двухсот евро. Сунув руку в карман, я достала запасные ключи от внедорожника Ариса. Они с Селеной наверняка будут сосредоточены на моей попытке украсть телефон и даже не подумают, что целью были ключи.

Я быстро убрала сумку обратно под кровать, чтобы ее ни в коем случае не заметили. Пока Зои дремала, я читала книгу, а когда она проснулась — мы с ней играли остаток дня. Только услышав по другую сторону двери голос Ариса, я передвинула кресло и распахнула ее.

— Слышал, ты была занята сегодня, — он раздраженно смотрел на меня.

— Я боялась за свою жизнь, — воскликнула я. — Селена — психопатка, Арис. Единственная причина, почему я пыталась позвонить в полицию: мне страшно, — к глазам подступили слезы, а Арис фыркнул.

— Прекрати молоть чушь, Талия. Твоя сегодняшняя выходка была глупой, — он усмехнулся. — Знаешь почему? — я не ответила. Знала, что Арис сам скажет. — Поскольку теперь мне придется волноваться, как бы ты ни выкинула очередной трюк, я вынужден дать Селене пистолет.

Господи Иисусе, он что, серьезно?

— Я предупредил ее тут же стрелять на поражение, если попытаешься еще хоть что-либо сделать, — Арис шагнул ближе и схватил меня за конский хвост, дернув так, что я вскинула голову, оказавшись с ним лицом к лицу. — Мне плевать, жива ты или мертва, Талия, — прошипел он. — Единственное, почему я все еще держу тебя здесь: ради заботы о Зои. Ты ее мать, и мне не хотелось забирать у тебя дочку. Но если будешь доставлять проблемы… — Арис позволил угрозе повиснуть в воздухе, не закончив предложение и отпустив мои волосы. — Что ж, ужин на столе. Давай хорошо будем вести себя этой ночью. У меня был чертовски длинный рабочий день. С тех пор, как брат стал бешеным алкоголиком, на мне двойная нагрузка, — закатив глаза, Арис вышел из комнаты.

Костас стал алкоголиком… Сердце в груди сжалось от того, что мужу пришлось пережить за последний год. Но в сказанное Арисом было трудно поверить. В ту ночь, когда он меня изнасиловал, я поняла, что Арис был волком в овечьей шкуре. Но понятия не имела, насколько ядовит был его укус, пока он не схватил меня. 

Я сидела в аудитории и ждала начала репетиции. Несмотря на то, что приехала пару минут назад, мне уже хотелось домой. Утром перед отъездом мы с Костасом ссорились. Я знала, что отчасти это моя вина. В последнее время я была слишком эмоциональна, но еще не сказала Костасу почему. В основном потому, что боялась его реакции. Но муж тоже виновен, ведь был чертовски ревнив. В пьесе мне нужно было поцеловать Макбета, но я знала, что Костас в этом случае покалечит его. Значит, мне нужно либо сказать профессору, что я не смогу играть леди Макбет, либо придумать способ фальшиво поцеловать своего партнера, чтобы Костас не вырывал ему сердце из груди. Я злилась из-за того, что он такой собственнический мудак, но после присланного сладкого сообщения, уже растеклась лужицей.

Костас: Я скучаю по тебе, даже когда ты выводишь меня из себя.