— В жопу твой дурацкий договор. Все было хорошо, пока не появился Темный Не-прекрасный Принц с его Черной тачкой, Черным дворецким и попытками исправить мою Чертову Черную жизнь!

Она распахивает дверь, но я уже рядом, чтобы захлопнуть ее. Игрушка оборачивается и смотрит на меня в упор. Она такая маленькая, гораздо ниже меня, а блеск ее глаз может затмить блеск бриллиантов. На прошлой неделе я думал, что она будет податливой, и из нее будет легко вылепить идеальную игрушку. Но теперь... Теперь я могу сказать, что она будет моей самой большой проблемой.

Двигаясь аккуратно, провожу кончиками пальцев по ее щеке вниз к шее, продолжая смотреть на нее угрожающим взглядом.

— Чего ты хочешь? Сосать мой член, как и всем ублюдкам на улице? Хочешь, чтобы я называл тебя малышкой? Ты этого хочешь, Банни?

Она опускает взгляд к моим губам и расслабляется.

— Я не знаю, чего хочу, — наконец, шепотом, отвечает она.

Я вдыхаю запах ее волос и прижимаюсь губами к ее уху.

— Ну, это хорошо, потому что я знаю, чего хочу я. А хочу я тебя, Джессика. У меня на тебя прекрасные планы. Так что будь хорошей девочкой, и позволь мне поиграть с тобой.

Мое горячее дыхание вызывает у нее стон. Он еле заметен и почти неуловим, но я его слышу. Так-так, моя маленькая игрушка любит лесть. Она плавится, как воск, когда я называю ее по имени. Надо будет использовать это как инструмент. Я поиграю в ее маленькую игру, пока она не окажется дома, в моей постели.

— Джессика.

Она снова стонет, и я точно знаю, как играть с ней.

— Что?

— У нас завтра долгий день. Давай хоть немного поспим.

Я рад, что она не сопротивляется и позволяет мне отвести ее обратно в кровать. Нежно потянув ее к себе, я медленно стягиваю с нее всю одежду. Я слишком хорошо знаю, как страстно она хочет, чтобы я прикасался к ней, и какое-то время я буду баловать свою маленькую игрушку.

Кроме того, она отплатит мне в десять раз больше, когда мы окажемся дома.

И я смогу выпустить своих внутренних демонов.

Буду делать с ней то, на что она так легко согласилась.

После того как мы оба оказываемся в постели голыми, я притягиваю ее ближе к себе. Синяки на ее заднице почти прошли, так что я крепко сжимаю ее. Сладкая попка игрушки прижата к моему члену, и я мечтаю о том, каково это будет, когда я, наконец, смогу погрузиться в ее горячее тело. Прямо сейчас я хотел бы остановить время. Чтобы закрыть глаза и просто обнимать теплую и такую сложную женщину. Чтобы молчать о том, кто я и кто она, чтобы уткнуться носом в ее волосы, забыв обо всем хотя бы ненадолго. Это так заманчиво.

Позже, когда я практически сплю, она спрашивает:

— Бракс, почему ты до сих пор не спал со мной? Я имею в виду, ты же нанял проститутку. Разве ты не хочешь меня?

Ее голос, такой мягкий и неуверенный, делает мой член твердым, несмотря на то, что она использует мое имя. Прижимаясь к ее заднице, я отвожу волосы от ее уха и шепчу:

— Совсем наоборот, Джессика. Я хочу тебя так, что мне физически больно воздерживаться от того, чтобы прямо сейчас не перевернуть тебя и без остановки не трахать до завтрашнего дня...

— Доктор ведь сказал, что я чиста… — Она замолкает, будто считает, что это причина того, почему я ждал.

— Но у меня есть определенные потребности и желания, — мурлычу я ей на ухо. — И они не могут быть удовлетворены в Лондоне. Это небезопасно. Вернувшись домой, я смогу быть свободным, чтобы играть со своей игрушкой так, как хочу.

От моих слов она вздрагивает, и, чтобы отвлечь от еще большего количества вопросов, я скольжу рукой между ее ног. Пальцем провожу по темным волоскам ее киски и лениво поглаживаю клитор. Секс для нее — работа. Но я изменю это.

— Расслабься, — воркую я. — Хочу, чтобы ты прочувствовала вкус того, что я намерен дать тебе.

Ее тело расслабляется, и с каждым новым движением пальца она раскачивает свои бедра, помогая себе достичь кульминации. Тихий вздох срывается с ее губ, и она кончает. Если бы я не был внимателен, то не заметил бы его.

Такой тихий.

Такой милый.

Такой с виду незначительный.

Прямо как моя игрушка.

— Большинство женщин кричат и плачут, когда кончают, — говорю я мягко. Даже Свон была крикливой.

— Я не похожа на большинство женщин.

Ее слова врываются в мою голову и пускают корни внутри моего мозга. Стараюсь отогнать их и вспомнить планы, что у меня есть для нее, но то, как Банни гладит мою руку, лежащую между ее ног, отвлекает меня.

Темнота в комнате согревает меня.

Ее присутствие успокаивает меня.

Эти нежные прикосновения меня отвлекают.