— На это я не куплюсь. То, что ты сейчас назвал — прозвучало как постоянная опасность или теоретическая. Тем не менее, ты вломился в мой дом и потребовал, чтобы мы уехали через пять минут, значит, опасность была реальной. Так что случилось за время времени между нашей встречей в баре и твоим появлением у меня дома?

Косой взглядом.

— Думаю, интеллект ты унаследовала от отца.

— Отвечай. Что произошло?

— Позвонил Ковалёв и приказал посадить тебя на самолёт. Значит, считай, это уже сделано.

Меня поразила внезапная догадка.

— Как долго ты меня охраняешь, Севастьян?

— Недолго, — попытался увильнуть он.

— Как — долго?

Он дёрнул своими широкими плечами.

— Чуть дольше месяца.

А я ни о чём не подозревала.

— Ты следил за мной? Следил за мной всё это время?

На его челюсти дёрнулся мускул.

— Я присматривал за тобой.

Значит, он изучил меня лучше, чем я думала. Что мог подумать обо мне такой мужчина?

Когда с шоссе он свернул на слабо освещённую дорогу, я воскликнула:

— Стой! Куда мы едем! Там нет аэропортов! Даже запасных.

— Мне пришлось назначить альтернативное место взлёта.

Альтернативное? Себе я пообещала, что если ответы мне не понравятся, то я сбегу прямо в руки службы безопасности. Ответов я почти не получила, и насчёт побега к сотрудникам безопасности тоже были серьёзные сомнения.

Через несколько километров он свернул на грязную просёлочную дорогу, которая пролегала сквозь кукурузное поле. Мы ехали и ехали, пока впереди не показалось нечто, похожее на взлётно-посадочную полосу для сельскохозяйственных самолётов. На одном конце полосы ждал самолёт, мигая огнями и выпуская в ночное небо жар работающих двигателей.

Чтобы отвезти меня в Россию. Это всё… по-настоящему.

Севастьян припарковался рядом с самолётом, но свою дверь не открыл.

— Я понимаю, что у тебя есть вопросы, — мягко произнёс он. — Как только мы взлетим, я отвечу на все. Но поверь, Натали, ты не пожалеешь об этом шаге. Тебе очень понравится новая жизнь.

— Новая жизнь? — фыркнула я. — О чём ты говоришь? Так уж случилось, что мне нравится моя прежняя жизнь.

— Правда, зверек? Ты искала его, — сказал Севастьян. — Неотступно. Что-то тобой руководило. — Я отвела взгляд, не в силах с этим спорить. — А теперь тебе больше никогда не придётся работать, ты сможешь купить всё, что пожелаешь. Сможешь путешествовать по миру, увидеть все места с этих открыток на холодильнике.

Моя мечта.

— Это всё нужно хорошенько обдумать, а я не люблю принимать решения под давлением.

— Ты удовлетворишься, если я скажу, что Ковалёв — хороший человек, который хочет наверстать все те годы, которые вы провели в разлуке?

— Если бы мы поменялись ролями, ты бы сделал этот шаг?

Он с лёгкостью кивнул.

— Когда я только начал работать на организацию Ковалёва, я верил, что моя жизнь с его помощью улучшится. И ни разу не пожалел о своём решении. — Должно быть, он видел, что всё ещё не убедил меня. — Просто побудь здесь.

Он вышел из машины и широкими шагами направился к самолёту. Пилот — высокий мускулистый блондин в форме — встретил его на нижней ступеньке и принялся что-то быстро говорить, яростно жестикулируя.

Я услышала голос русского, но сквозь шум двигателей слов разобрать не могла.

Чисто по привычке я рассматривала мужчину, отмечая, что его поношенный ремень затянут туже обычного. А туфли — тщательно отполированы. Последствия недавней болезни? Длительное бездействие? Потом я увидела его руки и такие же татуировки, которые покрывали пальцы Севастьяна.

Я больше не могла отметать свои подозрения. Я очень долго изучала свою родину, чтобы достаточно узнать о Русской Мафии — и их пристрастию к таким татуировкам.

В самом деле, какова вероятность того, что русский миллиардер не будет хоть как-то связан с организованной преступностью? Уже не говоря о том, что Севастьян меня похитил, чтобы тайно вывезти — без паспорта — из страны?

Значит, я экономила, вкалывала и искала только ради того, чтобы оказаться связанной с бандитами?

Пилот по-прежнему говорил и жестикулировал. Мои мысли по-прежнему неслись галопом.

Потом Севастьян молча сделал один угрожающий шаг вперёд и пилот отступил, подняв руки.

Единственный шаг внушил страх этому большому пилоту. Может, Севастьян бы справился и с теми тремя футболистами. Потому что был опасен.

И хотел затянуть меня в свой мир.

Следуй логической цепочке, Нэт. Если Ковалёв входит в мафию, значит, из этого ночного путешествия на родину ничего хорошего не выйдет.

Думала ли я, что нахожусь в опасности? Может быть. Могла ли доверить Севастьяну свою защиту? Не более чем могла доверить её себе.

В этот момент я решила отклонить эту «новую жизнь», которую мне предлагал какой-то незнакомец на другой стороне земного шара. Если Ковалёв хотел со мной поговорить, то мог бы снять трубку!