— Мне не нужно, чтобы он был осторожен. Я не хочу, чтобы он знал.

— Джианна, если твой первый раз будет похож на мой, ты поблагодаришь свою счастливую задницу, если Маттео будет осторожен, поверь мне.

— Я выживу.

Но слова Арии начали нервировать меня.

— Это смешно. Если он думает, что ты опытная, он может взять тебя без особой подготовки. Будет очень больно.

Я покачала головой.

— Ария, пожалуйста. Я приняла решение. Я не хочу, чтобы Маттео знал. Это не его дело.

— А если он все равно узнает? Я никак не могла скрыть это от Луки.

— Я умею скрывать боль. Может, я укушу подушку.

Ария рассмеялась.

— Это самая глупая идея, которую я когда-либо слышала.

Кто-то постучал. Я быстро села, мой желудок сжался в узел. Что, если отец и Данте передумали и я останусь в Чикаго?

Когда дверь открылась и вошла мама, я выдохнула. Она не улыбнулась и не попыталась подойти ближе. Она была образцом идеальной жены Итальянки, всегда хорошо одетой, всегда покорной и вежливой, и невероятно искусной в сокрытии синяков, когда отец бил ее. Она была всем, кем я никогда не хотела стать. Если Маттео когда-нибудь даст мне пощечину, я дам ему сдачи, невзирая на последствия.

— Священник уже в пути. Он будет здесь через пятнадцать минут. Нам нужно подготовить тебя к церемонии, — сказала она как ни в чем не бывало.

Мои глаза расширились.

— Так скоро?

Мать кивнула.

— Витьелло хотят вернуться в Нью-Йорк как можно скорее, что, вероятно, к лучшему.

Я встала с кровати и медленно подошла к матери.

— Отец будет рад, если я уеду.

— А как насчет тебя? — я хотела спросить, но не решалась.

Мама подняла руку и на мгновение коснулась моей щеки, прежде чем сделать шаг назад.

— Тебе не следовало бежать. Ты погубила свою репутацию.

— Меня не волнует моя репутация.

— Но ты должна. — она повернулась к моему гардеробу и открыла его. — Теперь давай посмотрим, есть ли платье, которое ты сможешь надеть на церемонию. Конечно, я хотела бы увидеть тебя идущей к алтарю в красивом белом свадебном платье.

Она вздохнула. Она пыталась заставить меня чувствовать себя виноватой? Потому что это работало.

Ария подошла ко мне и сжала мое плечо, прежде чем помочь маме найти платье. В конце концов она выбрала кремовое облегающее платье до пола с открытой спиной, которое я носила на Новый год. Ария помогла мне с макияжем, хотя он не скрывал губу.

— Я посмотрю, не приехал ли священник, — сказала мать и остановилась в дверях с задумчивым выражением лица. Она открыла рот, но потом повернулась и закрыла дверь.

Я старалась не принимать это близко к сердцу. Я знала, что мои родители и большинство людей в моем мире осудят меня за то, что я сделала, так почему же это было так больно?

— Как ты думаешь, Лили и Фаби позволят присутствовать на церемонии? — спросила я с неловкой надеждой в голосе.

— Дай мне поговорить с отцом. Я уверена, что смогу убедить его — сказала Ария.

Я не протестовала, когда она вышла. Если кто-то и мог убедить отца, то это была Ария. Я посмотрела в зеркало. Глаза у меня были грустные и усталые. Я не была похожа на краснеющую счастливую невесту. Не то чтобы кто-то ожидал от меня этого. Это даже не настоящая свадьба. Несмотря на мои лучшие намерения, сожаление снова охватило меня. Как моя жизнь могла превратиться в такой бардак? Все, чего я когда-либо хотела, это быть свободной и принимать собственные решения. Возможно, я вышла бы замуж за Маттео, если бы он потрудился попросить меня, вместо того чтобы приказывать. И теперь у меня никогда не будет настоящей свадьбы или красивого платья. Я всегда думала, что мне все это безразлично, но теперь, когда все потеряно, мне стало грустно.

Ария вернулась.

— Пора. Священник ждет в гостиной. Фаби и Лили тоже там.

Я выдавила улыбку.

— Тогда давай выйдем замуж.

Маттео

Даже без свадебного платья Джианна представляла собой чертовски привлекательное зрелище. Платье облегало ее изгибы; изгибы, которые я не спеша исследую, когда мы вернемся в Нью-Йорк. Я не мог дождаться, чтобы заявить права на каждый дюйм ее тела. Я заставлю ее забыть все, что было до меня.