— Я предложила нам всем провести отпуск на Великих Озерах в июле этого года.

         Моя грудь сжалась.

         — И?

        Я старался сохранять нейтральное выражение лица, хотя это было бесполезно. Вэл знала, что нежелание Инес поговорить со мной глубоко меня беспокоит.

         Вэл коснулась моей груди.

         — Она согласилась. Но предложила поселиться в семейном домике Мионе в округе Бэррон.

         — Хорошо.

         — Да.

         Как обычно, теплая улыбка Вэл успокоила меня, как мало что в этом мире могло.

***

         Пьетро, Инес, Сэмюэль и София приехали два дня назад в загородный дом Мионе и уже успели там обосноваться. Рейнджровер Пьетро был припаркован перед двухэтажным деревянным коттеджем. Я не видел Инес уже семь месяцев и не мог отрицать, что испытывал некоторую тревогу по поводу нашей встречи. Леонас и Анна выскочили из Мерседеса, как только мы остановились; Анна бросилась к дому, а Леонас к пристани, ведущей к озеро. Вэл засмеялась, потом неловко поднялась с сиденья, прижала руку к животу и подняла голову навстречу солнцу. Я прижал ладонь к ее пояснице, а затем коротко кивнул нашим телохранителям. Они могли поселиться в караульном домике неподалеку.

         — Леонас! Сначала поздоровайся, — крикнула Вэл.

         Леонас с явной неохотой оторвался от воды и побежал обратно к нам. Он пронесся мимо нас и вошел в парадную дверь, которую Анна оставила открытой.

         — Просто наблюдая за его энергией, я получаю обратную реакцию, — сказала Вэл со смехом. — Надеюсь, Беатрис будет спокойным ребёнком. Мы не становимся моложе.

         Услышав, как Вэл произносит имя нашей еще не родившейся дочери, я успокоился и обрадовался. Так было с того самого момента, как мы приняли решение. Приносящая счастье, вот что означало ее имя. Это не могло быть более подходящим. Она вошла в нашу жизнь, когда все было разрушено и мы, казалось, зашли в тупик, и она показала нам, что будущее все еще таит в себе много чудес и возможностей.

         — Ты молода, — сказал я, поглаживая ее по спине.

         Вэл удивленно посмотрела на меня. Затем выражение ее лица стало напряженным, когда мы вошли в коттедж и последовали за голосами в обширную гостиную с окнами от пола до потолка, камином между ними и с величественным видом на озеро. Но на улице было слишком жарко для костра.

         Анна и София прижимались друг к другу на диване, оживленно разговаривая, а Леонас показывал Сэмюэлю свой новый швейцарский нож. Пьетро обнимал Инес одной рукой. Моя сестра сильно похудела. Ее глаза встретились с моими.

         Она посмотрела на Пьетро, который ободряюще потер ей плечо. Инес подошла к нам. Она улыбнулась Вэл и коснулась ее живота.

         — Боже мой, он уже такой большой.

         — Я знаю! — сказала Вэл и заключила Инес в объятия.

         Я подошел к Пьетро и пожал ему руку, а потом руку Сэмюэля.

         — Она простила тебя, — тихо сказал он.

         Я оглянулся на Вэл и Инес.

         — Из-за свадьбы?

         Свадьба Римо Фальконе и Серафины пару месяцев назад стала самым громким скандалом в этом году.

         — Она простила тебя раньше, но гордость Кавалларо не позволила ей признаться в этом, — сказал Пьетро.

         Инес посмотрела в мою сторону, и на мгновение мы оба замерли. В прошлом именно Инес всегда делала первый шаг, легче преодолевая свою гордость, чем я, но на этот раз я подошел к ней. Вэл отступила назад и поздоровалась с Пьетро и Сэмюэлем.

         — Инес, — тихо сказал я. — Рад, что ты согласилась, чтобы наши семьи провели совместный отпуск.

         Инес закатила глаза.

         — Не говори так официально, будто мы с тобой дальние знакомые.

         — В последние несколько месяцев мы были едва ли более чем дальними знакомыми, — сказал я.

         Она кивнула.

         — Я больше не сержусь на тебя. Я все еще злюсь на ситуацию, но не на тебя.

         Я ничего не ответил. Инес подошла ближе и обняла меня.

         — Я видела эти фотографии. Фина выглядела на них такой счастливой. Не понимаю. И никогда не пойму.

         Я дотронулся до ее спины.

         — Я тоже.

         Сэмюэль сделал пару фотографий, когда присутствовал на свадьбе. Это был рискованный шаг, на котором он настаивал. Он был уверен, что чувства Римо — какой бы природы они ни были — защитят его, и они защитили. Сэмюэль вернулся невредимым и с интересными мыслями о динамике клана Фальконе.

         Он остался верен своему слову и не действовал за моей спиной, даже если я мог предположить, как трудно ему было признаться, что Фина связывалась с ним. Возможно, он и держал бы это в секрете, если бы Римо тоже не обратился к нему.