Сантино бросил на меня раздраженный взгляд и перевернул меню, возможно, ища английскую версию, которой там не имелось. Он вздохнул.

Сантино пытался придраться ко всему, поскольку ему все же не хотелось находиться в Париже. Если бы ему нравилось в столице Франции, он бы радовался любым культурным различиям.

– Тебе стоит подумать об изучении французского языка. Он расширяет кругозор, что, по моему мнению, только хорошо.

– Не хочу, – глухо рявкнул Сантино. – И, кстати, у меня нет свободного времени.

– Французы не любят изъясняться по-английски. Они покажут себя с лучшей стороны, если ты хотя бы попытаешься говорить на их родном языке.

К нам подошла официантка и слабо улыбнулась. Я заказала американо и омлет и собиралась спросить Сантино, чего он хочет, когда девушка повернулась к нему, не обращая на меня внимания. Он откинулся на спинку стула, демонстрируя мускулистую грудь.

Затем одарил официантку улыбкой, которая наводила на мысль, что Сантино не терпится поделиться с девчонкой своими грязными секретами.

Вся эта сцена немедленно вызвала у меня желание пырнуть кого-нибудь вилкой, например, глупо кивающую официантку.

– Вы американец?

– Итальянского происхождения, – ответил Сантино, осклабившись, и я почувствовала, как во мне закипает гнев. – Что вы можете порекомендовать из меню?

Девчонка слишком долго охала и ахала, прежде чем прочитала Сантино все позиции, несмотря на то что другие клиенты ждали, чтобы их обслужила именно она. А потом и глазом не моргнув приступила к принятию заказа Сантино, продолжая общаться с ним на английском языке.

Меня же девушка игнорировала.

– Ты заказал половину меню. Ты пригласил кого-то, о ком я не знаю?

– Я умираю с голоду.

– То, что официантка пыталась таким образом подкатить к тебе, вовсе не означает, что тебе не следует выучить хотя бы базовые французские слова. Неуважительно не разбираться в азах языка той страны, в которой ты живешь.

– Не я выбирал жить во Франции, правда?

– Это не меняет того факта, что ты сейчас в Париже.

– Я хорошо отношусь к местным жителям, что может подтвердить официантка, зато ты бросала на нее гневные взгляды.

Я сжала губы, чтобы не огрызнуться или не выругаться. Мне нужно выпить кофе, прежде чем я смогу вступить в словесную перепалку с Сантино.

Официантка вскоре вернулась с нашими напитками и частью заказа Сантино, но не с моим омлетом.

Я сделала большой глоток кофе и оглянулась на кухню, надеясь, что скоро принесут еду. Живот уже сердито урчал. Я всегда бывала голодна, если накануне перебирала со спиртным: вот одна из веских причин, почему я пыталась ограничить потребление алкоголя.

Сантино протянул мне корзину с круассанами: обычными и с шоколадом.

– Возьми. Они очень вкусные. – И он откусил кусок классического круассана, обмакнув его в малиновое варенье.

– Мне нужно думать о фигуре.

Парижанки были стройными и уделяли много внимания своему телу, а я не сомневалась, что с девушками, изучавшими дизайн одежды, дела обстоят еще круче.

Сантино закатил глаза.

– У тебя отличная фигура. Съешь круассан.

Теперь я закатила глаза.

– Уверена, омлет скоро будет готов.

Сантино оторвал кусок от своего круассана и ткнул им прямо мне в лицо.

– Давай, побудь пай-девочкой хотя бы сейчас.

Неужели он действительно только что сказал: «Побудь пай-девочкой»?

Я одновременно была раздражена и взволнована. Вместо резкого ответа я наклонилась и схватила кусок, коснувшись губами пальцев Сантино.

Его глаза встретились с моими. Вероятно, он был удивлен моими действиями так же, как и я. Маслянистый вкус круассана наполнил рот. Я откинулась на спинку стула, слизывая с губ крошки.

Сантино не сводил с меня глаз.

Сила его взгляда приобрела новое качество. И если раньше подобный эффект был напрямую связан с чистой яростью, то сейчас в глазах Сантино явно читалось нечто другое.

Мои пальцы задрожали. Нет. Все тело задрожало, когда дочь босса коснулась моих пальцев своими дерзко улыбающимися губами.

Прошлой ночью Анна мне снилась. Не в первый раз, но это определенно был самый яркий и пошлый сон.

Хотелось надеяться, что это разовая ошибка и результат изрядного количества перно, но, учитывая мой резко участившийся пульс при взгляде на Анну, я уже не питал особой надежды.

Я глотнул кофе. Мне нужно переключить внимание в другое русло и, желательно – на иных женщин. Анна – моя работа, а вовсе не доступная девушка. Мне надо вбивать последнее утверждение себе в голову до тех пор, пока последняя клеточка моего тела не поймет это.

– Выражение твоего лица весьма напряженное. Что стряслось? Не нравится круассан? – Анна обескуражила меня дразнящей улыбкой.

Я не понимал почему, но со вчерашнего вечера я даже не мог толком сопротивляться. Вероятно, неувязка скоро пройдет.