Я потерла руками плечи, стараясь избавиться от внезапного озноба. Так как моя спальня располагалась на втором этаже, и приходилось идти через весь дом, чтобы попасть туда, я знала, что остальные комнаты остались нетронутыми. Члены семьи тоже остались целы. Бабушка почему-то не слышала ничего подозрительного. Она мирно спала в своей комнате этажом ниже. Остальные были в ресторане и подавали гостям ужин. Слава богу.

Чтобы собраться с мыслями, я прошлась между обломков и исследовала старый тайник Виттории. Страницы гримуара, которые я запихнула туда после того, как призвала Гнева, были разорваны на мелкие клочки. Склянки с духами разбиты. Любовных записок не было, а дневник пропал.

Слеза упала на пол, затем еще одна. Казалось, следом за ними упаду и я сама. Меня вновь охватила печаль. Видеть вещи Виттории испорченными и сломанными… это слишком.

Я прошла по комнате среди остатков того, что когда-то составляло наш рай и было самым безопасным местом на земле, и упала на то, что осталось от моей постели. Разодранный матрас смялся под моим весом, нелепо и неправильно. Как и все в моей жизни.

Я всхлипнула. Чем упорнее я боролась с рыданиями, тем более неконтролируемыми они становились. Глупо было думать, что мне нечего терять. Демоны доказали мою неправоту. Даже если я приберу в комнате, она никогда не будет прежней. Вещи моей сестры, как и все, что она любила, были уничтожены.

Теперь Виттория окончательно стерта из моего мира. И я не знала, что делать дальше. Так что просто легла, притянула колени к подбородку и заплакала. Неважно, если на меня сейчас смотрит бестелесный демон. Плевать, если моя боль доставит удовольствие охотнику на ведьм, принцу Ада или какому-нибудь смертному садисту. Утрачено то, что никогда не удастся восстановить. Я оплакивала эту потерю.

Если Апер был лишь частью того, что надвигалось на мой город, вскоре здесь прольется много слез по ушедшим любимым. Я почувствовала себя беспомощной, потерянной и одинокой. Как мне остановить таких сильных существ? Ситуация выглядела абсолютно безвыходной. Я заставила себя поверить, что у меня есть шанс раскрыть убийство и спасти жизни других. Я хотела помогать, но этого оказалось недостаточно. Я тяжело дышала и захлебывалась рыданиями, пока слез не осталось. Этот новый мир был мне ненавистен.

Прошло еще какое-то время, пока я, наконец, вытерла глаза. Демоны украли жизнь моей сестры и продолжали забирать жизни других девушек. Их нужно остановить. Но где взять ответы на свои вопросы?

Я пошла бы на все, что в моих силах, чтобы не дать вратам Ада открыться. И уже сделала немало.

Я вскочила немного приободренная кипящей внутри яростью и взялась за ручку и чернила, чтобы написать короткую записку семье, сказать, как я их люблю, и пообещать, что со мной все будет в порядке, хоть я и не могу больше оставаться в своем доме. Я поклялась обеспечить их безопасность несмотря ни на что.

Больше у меня не отнимут тех, кого я люблю.

Я использую любую самую темную магию, чтобы этого добиться.

– Как дела? – спросила я Клаудию. Лицо у нее покрылось пятнами, а глаза опухли.

– Входи, пожалуйста.

Она открыла дверь и отступила внутрь, пропуская меня. Занавески были плотно задернуты. На всех поверхностях расставлены мерцающие черные свечи с запахом специй. На небольшом комоде в гостиной стоял алтарь, на котором были разложены кости животных и связки сушеных трав. Позади него у стены стояло зеркало. Я чуть не забыла, что несчастную Валентину убили. Мне казалось, что с тех пор прошел целый год, но никак не сутки.

– Ты в порядке?

– Не знаю. Я чувствую странную смесь эмоций, – ответила Клаудиа тихо. Она предложила сесть на диван у алтаря. – Сначала мне казалось, что это мое сердце вырезали, потом пришло онемение, а теперь… – она всхлипнула и покачала головой, избегая моего взгляда.

– А теперь ты хочешь мести.

Она резко подняла на меня глаза.

– Это плохо?

– Нет. Я думала так раньше, но не теперь.

Я повернулась и взяла ее за руки.

– У тебя есть заклинание, чтобы сделать оберег, достаточно мощный, чтобы он убил демона, попытайся тот пересечь границу?

Клаудиа крепко сжала мою кисть. Челюсть ее напряглась.

– Полагаю, да.

– Можно создать невидимый барьер?

– Да.

– Хорошо, – ответила я. – Я хочу, чтобы ты немедленно окружила им свой дом… и мой, если можно, тоже. Для этого нужна кровь?

Она опустила глаза и кивнула. Но я и так это понимала. За темную магию приходится платить. Я отпустила ее руки и закатала прозрачный рукав своей блузы.

– Мне нужен нож, два флакона, лавандовое масло и бинт.

– Эмилия, ты не можешь…

– Могу, – ответила я твердо, – и хочу помочь.

– Ладно, – подруга поднялась на ноги. Ее печаль, очевидно, сменилась злостью. То же происходило и со мной. – Принесу тебе что-нибудь острое.

Гнев не произнес ни слова, когда я ворвалась в его временное пристанище и поднялась по лестнице. Я предположила, что он почувствовал мою ярость и решил проявить вежливость.