Тогда, как он и хотел, я внезапно перестала думать об убийстве, гневе или ярости. Внутри забился новый пульс, который не имел ничего общего с сердцем. Мой взгляд упал на его грешные губы, отмечая их соблазнительный изгиб. Он не использовал ни капли магии или влияния. Это страстное чувство принадлежало только мне. И этому царству, и нашим брачным узам.

Или, может быть, он был не единственным, чей гнев быстро превращался в страсть.

Может, для меня он тоже действует как афродизиак.

– Ты совершенно не подходишь мне.

– Ложь. – Гнев медленно прижимался к моему телу. Физический контакт был долгожданным отвлечением от гнева, все еще кипящего во мне. Я сосредоточилась на демоне, на жаре, который исходил явно не от ярости. – Я твое предназначение. И живое воплощение греха, как ты меня однажды назвала. Следует ожидать несколько неадекватного поведения. Особенно, когда будущая принцесса Дома Гнева такая привлекательная.

– Ты варвар, я только что пыталась убить человека.

– Точно. – Он прижался губами к моей щеке. – Готова попробовать еще раз?

– Убить его?

– Я предлагаю поговорить, но ты, как всегда, вольна выбирать свой путь.

– Тогда лучше убийство, или, по крайней мере, хорошая порка.

– Только попробуй. – В одном этом слове звучал вызов. – Тогда мы снова окажемся здесь.

Как будто это было сдерживающим фактором.

– Ты мне доверяешь?

– Намного важнее, доверяешь ли ты сама себе. – Он оттолкнулся от стены. – Только ты можешь решить, куда двигаться дальше. Что ты хочешь сделать?

Опасный вопрос. Мне хотелось вспороть убийцу и смотреть на то, как его теплые, липкие потроха растекаются по полу. Такой ответ не вернул бы меня обратно. И не важно, что я чувствовала еще мгновение назад, мне не хотелось становиться кем-то, кого я не смогу уважать. Убив человека, даже того, кто жестоко расправился с моей сестрой, я бы просто опустилась до его уровня. Вот почему прошлой ночью Гнев заставил меня ударить его клинком.

Теперь я знала, каково это ранить кого-то. Я не испачкаю кровью свои руки. Сегодня.

Гнев тихо ожидал, давая мне время обдумать свой следующий шаг. Выражение его лица было невероятно ласковым, без тени осуждения. Без намека на его собственные мысли.

Я повела плечами, снимая напряжение.

– Я готова поговорить с ним о сестре.

– Эмилия. – Антонио вскочил на ноги. – Как я рад тебя видеть.

Его тон говорил о том, что вообще-то он имел в виду: «Я рад тебя видеть, не брыкающуюся, как дикий зверь, и не пытающуюся перерезать мне горло».

Однако, я еще не созрела для этой встречи. Все еще хотелось рычать и огрызаться. Поводок, который я надела на себя, уже соскользнул. Я не ответила на его робкую улыбку. То, что я решила не убивать его, еще не означало, что мы когда-нибудь снова станем друзьями.

Я осторожно вошла в маленькую комнату в башне, Гнев – за мной. Очевидно, он пока что доверял мне. Умный демон.

– Да? А я думала, это будет похоже на то, как ты смотришь прямо в лицо одной из своих жертв. Только для того, чтобы обнаружить, что она не мертва.

Между нами воцарилась тишина.

– Я не могу… слов и извинений никогда не будет достаточно, чтобы загладить свою вину перед тобой.

– Перед Витторией.

– Д-да, конечно. – Он сглотнул. Я почти поверила, что его эмоции настоящие. – Я принимал тоник. – Он указал на кружку на маленьком столике. – Матрона умеет снимать чары.

Я остановилась в центре комнаты. Гнев, словно тень, маячил позади меня.

– Это то, что ты утверждаешь сейчас? Истинным злодеем была магия, а не твоя ненависть?

Антонио внимательно наблюдал за мной, когда он откинулся на спинку стула, его взгляд ни разу не отвлекся на принца демонов позади меня. Он не знал, что я не могу использовать магию, что все мои угрозы были только лаем, я не могла укусить. Его страх что-то сделал со мной. Заставил меня бить сильнее.

– Ты помнишь мою поездку в деревню? Где они утверждали, что богиня пировала с волками в царстве духов и учила их способам защиты от зла?

– Дай угадаю. – Мой тон стал ледяным. – Ты заявляешь, что богиня действительно спустилась в эту деревню и была той, кто проклял тебя?

– Эмилия, боже мой. – Он выглядел оскорбленным. – Я не…

– Ты ожидаешь прощения? Незаслуженного милосердия? Ты убил мою сестру. Убил других невинных женщин. Вместо того, чтобы взять на себя ответственность за свои действия, ты рассказываешь мне истории о сверхъестественном. О тех, кого ты с радостью называл глупыми и несознательными, если я припоминаю. Скажи правду, признай свою неправоту и не трать мое время на старые сказки или ложь.

Я развернулась и направилась обратно к двери. Я не доверяла той тьме, которая сгущалась над моим самообладанием. Гнев отошел в сторону и позволил мне пройти, выражение его лица все еще было непонятным.