Я фыркаю и сползаю с его коленей, чтобы поднять книгу. Протягиваю ее Доминику, и он возвращается к чтению, а я иду к двери.

– Выбери, – произносит он, когда я берусь за ручку.

– Что выбрать?

Он кивает в сторону полок.

Я расстроенно тру руками лицо.

– Ты сводишь меня с ума.

Я подхожу к полкам и осматриваю его коллекцию. Застываю, увидев несколько знакомых названий.

– У тебя здесь целая секция романтики, – хихикаю я и беру с полки книгу. Когда я открываю ее, на пол падает чек. Изучив его, вижу, что он недавно купил десять книг и потратил несколько сотен долларов, сделав выбор в пользу изданий в твердом переплете, а не в дешевых мягких обложках.

Приглядевшись повнимательнее, понимаю, что большинство из них – романтические книги от моих любимых авторов. Еще здесь несколько триллеров и пара исторических изданий. Все эти книги из знакомого мне списка, который я написала на оставленной в спальне книжной закладке. Должно быть, Доминик проник в мою комнату, пока Шон меня отвлекал.

– Ты рылся в моих вещах?

Дом упрямо смотрит в книгу.

Это тупой вопрос. И ответ так очевиден, что я не могу удержаться:

– Ты купил их мне?

Молчание.

Я снова парю над землей, а он продолжает читать, прикидываясь безразличным. Но теперь-то я знаю, что ошибалась, и это все меняет. Под этой маской скрывается мужчина, который проявляет ко мне внимание – очень пристальное внимание.

Доминик снова переворачивает страницу и подтягивает к своему плечу свободную подушку. Он хочет, чтобы я читала в его постели, с ним рядом. Что за чудесный способ скоротать день в ненастную погоду, свернувшись калачиком рядом с великолепным мужчиной и затерявшись в словах?

Спустя несколько часов Доминик читает вторую книгу, а я поглощена эротическим триллером. Дыхание становится поверхностным, когда я переворачиваю страницу и чувствую, как в теле появляется томление. Меня обволакивает аромат Доминика, я протягиваю руку и с опаской веду ею вниз по его груди. С тех пор, как я подсела к нему, мы время от времени гладили друг друга. Меня охватывает дикое желание, когда я дохожу до момента, где все взрывается от дивного напряжения. Вдруг я чувствую на животе его губы и отвожу глаза от страницы, когда он одним рывком подтягивает меня к краю кровати и раздвигает ноги.

Я собираюсь отложить книгу, но Дом отрицательно качает головой.

– Читай дальше. – Он опускает голову, и я пытаюсь вернуться к чтению. Доминик раздвигает мне ноги и касается лона языком. Я уже близка к оргазму, когда он начинает лизать клитор. Уронив книгу на грудь, я запускаю руки ему в волосы, и Дом останавливается. В его глазах ясно читается приказ, и я поднимаю книгу, чувствуя, как трясутся бедра, пока я в третий раз пытаюсь прочесть абзац. Доминик погружает в меня крупные пальцы, а герой книги одновременно входит в героиню, схватив ее за волосы и раззадоривая неприличными словами. Слова снова расплываются перед глазами из-за пыток Доминика. Разум слишком увлечен моей собственной историей.

Доминик обхватывает губами клитор и с силой всасывает его в рот, отчего я чуть не роняю книгу. От одного этого вида становится невозможно выполнить его наказ.

– Дом, – молю я, когда он прекращает движения, но не двигается с места. Только когда я хватаюсь за книгу, он возобновляет мучения, раздвигает пальцами половые губы, наклоняет голову и проводит языком по клитору.

Остро чувствуя каждое его прикосновение, я кончаю и почти схожу с ума, как вдруг слышу звук обертки от презерватива. Дом медленно в меня входит. За считаные секунды он затыкает за пояс книжного героя, трахая меня с безжалостным остервенением.

Он делает всего несколько толчков, и я швыряю книгу в другой конец комнаты, наплевав на концовку.

День в постели Доминика проходит совершенно непредвиденно и безмятежно. Сделав заказ в тайском ресторанчике, мы устраиваем небольшой пикник прямо у него на одеяле, а потом он скручивает нам косячок. Наевшиеся до отвала и обкурившиеся, мы лежим на спине и слушаем Pink Floyd. Доминик с живым восторгом делится своими мыслями по поводу некоторых текстов песен со скрытым намеком.

Окно нараспашку, музыка ведет бой с проливным дождем, а мы смотрим в потолок, соприкасаясь руками.