— Вовсе нет, — отвечает он. — Подожди секунду, Лени, — слышу, как он поднимает трубку стационарного телефона и набирает номер. — Энцо. Проверь записи с камер за последние семьдесят два часа. Ищем любое появление Капри. Да, танцовщица. Спасибо, кузен, — он вешает трубку и возвращается к нашему разговору. — Записи стираются через три дня, так что осталось мало времени, но посмотрим, что удастся найти.

— Знаю, что с ней что-то случилось, Маттео. Я это чувствую, — подавляю очередной всхлип. — Точь-в-точь как в прошлый раз.

— Теперь у нас больше информации. Мы найдем ее, — уверяет он. — Если Аврору похитили, это сделал кто-то из своих. Сообщник Рокко.

— Гвидо, — выдыхаю я.

Чувствую, как он замирает на другом конце провода.

— А что с ним?

— Он бил ее, — говорю я.

— Он... что? — спрашивает Маттео опасно тихим голосом.

— Раньше он бил ее. Но с тех пор, как я устроилась, он не трогал ее, потому что я была рядом, — подношу руку ко рту. — Помнишь, в первую неделю у меня были синяки на шее?

Воспоминания кажутся такими давними, будто это произошло в другой жизни.

— Да, — угрожающе рычит он.

— Это сделала не Арабелла, а Гвидо.

— Что? Почему ты, блядь, не ска...

— Он также угрожал мне, — продолжаю я, — сказал, что есть вещи хуже смерти. Особо отметил, что есть «худшие места, куда он может меня отправить», и думаю, он был сутенером некоторых танцовщиц. Я совсем забыла об этом, вспомнила только сейчас. Как думаешь, он имел в виду Femina Fortis?

— Ты должна была сказать мне, что он прикасался к тебе, — рычит Маттео. — Если бы знал, я бы отправил его на экспрессе на встречу с гребаным создателем.

Я напрягаюсь.

— Ты прав, это моя вина.

— Нет, это его вина. В этой ситуации жертва ты, как и Аврора. Подожди, — добавляет он. — Говори, Энцо. Лени тоже на связи.

— На записи видно, как Капри волокут через черный ход. Это было три ночи назад.

— Гвидо? — спрашивает Маттео.

— И Амадео. Двое мужчин, чтобы справиться с девушкой ростом едва ли выше пяти футов, — с отвращением выплевывает он.

Маттео громко ругается, матеря их.

— Нам нужно немедленно ехать в Femina Fortis, — настаиваю я. — Мы не можем больше ждать. Она уже пробыла там три дня, я даже не могу представить, через что она сейчас проходит.

— Энцо... — начинает Маттео.

— Машина будет готова через две минуты, — отвечает он, и линия обрывается.

— Мы заедем за тобой через двадцать минут, — говорит мне Маттео. — Но, Валентина, — каждый раз, когда он называет меня полным именем, внутри все сжимается в предвкушении. Знаю, это означает, что Маттео хочет, чтобы я слушала его внимательно. — Мне нужно, чтобы ты делала именно то, что я скажу, когда мы окажемся там. Прежде чем перебьешь и скажешь, что справишься сама, — я знаю, что справишься, cara. Но прошу не поэтому. Я буду отвлекаться, зная, что ты там, — признается он. — Это не имеет никакого отношения к твоим способностям, лишь к тому, что ты моя, а я должен защищать то, что принадлежит мне. Так что, пожалуйста, если скажу прятаться — прячься, скажу бежать — беги.

Настойчивость в его тоне убеждает меня.

— Ладно, Призрак. Я сделаю, как ты скажешь.

Он стонет: — Хорошо, но больше не произноси этих слов. Последнее, что мне сейчас нужно, так это приехать на спасательную операцию с каменным стояком.

✽✽✽

Адрес, по которому зарегистрирована компания Femina Fortis L.L.C., находится в самом сердце самых престижных районов Лондона. Даже не зная города, это можно понять уже с первого взгляда: вдоль улиц выстроились большие дома с лепнинами на фасадах, у каждого аккуратно подстриженные газоны и ухоженные клумбы. Но за совершенство приходится платить.

Хотя до центральной улицы еще пара кварталов, воздух пышет атмосферой, говорящей о богатстве, скрывающемся за каждой величественной дверью.

В одном из таких домов располагается и Femina Fortis. Последний на улице, он примыкает к узкой арке, ведущей в небольшой мощеный переулок. Снаружи он выглядит как все соседние дома. Его отличает только количество и тип машин — три черных фургона выстроились вдоль переулка, словно в ожидании. От мысли о том, что или кого в них перевозят, по позвоночнику пробегает ледяной озноб.

— Мы знаем, сколько людей внутри? — спрашивает Маттео, накручивая глушитель на дуло пистолета.

Мы припарковались в паре домов от цели: Энцо за рулем, Маттео на пассажирском сиденье, я сзади.

Энцо хмурится, глядя на портативный монитор, который держит в руках.

— Тепловизор ничего не показывает. Должно быть, они укрепили стены сталью или бетоном, — он смотрит на входную дверь. — Мне это не нравится. За последние три дня ни черта не удалось раздобыть — ни видео, ни аудио, ни карты. Этот дом — настоящая крепость, нам нужно вызвать подкрепление.