Потребуется пятьдесят семестров теории хаоса в колледже, чтобы должным образом постичь мой путь к становлению временным Доном. Все пошло не так, как я ожидал, и все причины этого сводятся к землетрясению, которым стало возвращение Валентины в мою жизнь.

Возможно, все произошло не так, как я планировал, но факт остается фактом: пока отца не нашли, Дон — я. Первая неделя у власти прошла именно так, как и представлял. Пока мое положение не утверждено окончательно, я ограничен в действиях, но чувствую, что эта корона сидит на мне как влитая.

Вот почему я должен убедиться, что отец никогда не объявится. Мы проверили десятки следов, и все неизбежно вели в тупик, кроме последнего. Один из наших информаторов низшего звена сообщил, что его похитил не кто иной, как Тьяго да Силва.

Да Силва — глава Колумбийского картеля. В преступном мире нет ни одного человека с хорошей репутацией, но его жестокость затмевает практических всех. Если я предпочитаю наблюдать и выжидать, нанося точечные удары только в случае необходимости, то он действует по принципу: «разруби на куски мачете, а затем спали огнеметом».

Шок и страх — приятный штрих, но в то же время в этом нет никакой утонченности. Безвкусица, как по мне.

Ни грамма изящества.

На первый взгляд ничего удивительного в том, что один босс выступает против другого. Он сильный игрок, чертовски дерзкий, но, кажется, следует выбранному принципу эпатажности.

И это бессмысленно. Он превосходит нас на всех фронтах, постепенно вторгаясь в наш бизнес и захватывая давние маршруты поставок. Разжигание войны с Фамильей ему невыгодно, ведь он и так побеждает без лишнего кровопролития, без которого не обойдется, если слухи правдивы.

Нет, это личное.

И мне нужно выяснить почему.

Мы никогда не встречались, а просто так в кабинет колумбийского босса не войти, если нет серьезных намерений умереть.

К счастью, у нас есть один общий союзник, одна семья, которая связывает нас, какой бы напряженной эта связь ни была.

И эта семья любит щеголять своим богатством и властью, устраивая роскошные вечеринки, чтобы никто и никогда не забывал об этом. Вечеринки, на которые, как я знаю, приходит Тьяго да Силва, чтобы поцеловать перстень.

Вот почему мое присутствие на благотворительном приеме Телье не подлежало обсуждению, независимо от того, что я предпочел бы остаться в постели в объятиях Валентины.

Это возможность встретиться с ним и понять, по какой причине он похитил моего ублюдка-отца.

— Соберись, Маттео, — тихо шепчет Энцо и едва заметно кивает подбородком вправо, — идут.

Оборачиваюсь и вижу двух хорошо знакомых женщин, направляющихся ко мне. Обе старше меня, но разница примерно в пятнадцать лет ничуть не притупляет их красоты.

— Маттео, — с нежностью произносит рыжеволосая. Улыбаюсь в ответ и быстро отвожу взгляд. До замужества она считалась самой красивой женщиной в Европе. Но после упомянутого счастливого союза у ее мужа появилась дурная привычка взрывать дом любого, кто осмеливается смотреть на нее слишком долго. — С нашей последней встречи ты определенно возвысился.

— Аделаида, — склоняюсь над ее рукой, целуя воздух, — рад тебя видеть.

— Дам совет, Маттео, — говорит ее белокурая спутница с не менее очаровательной улыбкой, — или, скорее, предостережение. Воздержись от любых комментариев о внешнем виде Аделаиды, пока находишься с ее мужем в одной стране. Ты же знаешь, каким он бывает.

На самом деле я определенно это знаю.

— Да ладно тебе, — убеждает Аделаида, мило краснея, — ты преувеличиваешь.

— Разве они все еще не разгребают последствия последней вспышки ревности моего брата? — невинно интересуется Кьяра.

— Ну... — начинает ее невестка. — Только потому, что правительству потребовалось слишком много времени на формирование скоординированной группы реагирования.

— Потому что они никогда раньше не видели бомб, подобных тем, что он использовал, — Кьяра переводит взгляд на меня. — Каллум тестировал свою новую линейку управляемых ракет на маленькой деревушке в Суррее. В чем провинились ее жители, спросишь ты? В том, что их уважаемым обитателем был Стивен Армстед, двадцати восьми лет, официант ресторана Darling, незапоминающийся во всех отношениях, кроме своего опрометчивого решения улыбнуться Аделаиде дольше двух секунд.

Скрещиваю руки на груди и усмехаюсь: — Каллум уничтожил целую деревню?

Каллум Телье — серый кардинал. Он является одним из самых влиятельных людей в мире, если не самым влиятельным. Ему принадлежит Blackdown, многомиллиардная оружейная компания, а также контрольные пакеты акций большинства холдингов из списка Fortune 500. Если он хочет стереть с лица земли целую деревню из-за того, что кто-то засмотрелся на его жену, местные власти просто спускают это на тормозах и закладывают в бюджет статью под названием «Уборка за КТ».