— Позови Флинна к гребаному телефону! — Беннетт огрызается, предположительно на Райдена, чувствуя мою панику. — Детка… — его тон со мной совсем другой, как обратная сторона монеты. — Ты с нами, они ничего не могут тебе сделать. Пожалуйста, не волнуйся. А Рекс может забрать твой компьютер.

— Сказал ему уже забрать его. — говорит Кинг Беннетту, а затем: — Принцесса, все будет хорошо.

— Что, если меня выгонят? Я не выполнила ни одно из своих условий, чтобы остаться. — моя грудь вздымается, дыхание становится слишком коротким и учащенным.

В ушах у меня звенит, а голос Беннетта заглушается беспорядочным стуком моего собственного сердца.

— Что, если это из-за него? — я содрогаюсь, когда думаю об этом.

Крис. Что он сделал со мной. Что эти парни сделали с ним.

— Это не так. — с уверенностью говорит Беннетт.

Я бросаю сумку на деревянные ступеньки, спускаюсь за ней, присаживаясь на корточки. Я держу телефон между ухом и плечом, возясь со своими вещами. Я лезу на дно, достаю маленький пакетик на молнии и нахожу там маленькую белую таблетку.

Я слишком долго смотрю на нее, снова и снова вертя в своей липкой ладони. И как раз в тот момент, когда я стискиваю зубы, решая не принимать это, меня снова заливает холодный пот, отчего я чуть не падаю на колени.

— Поппи? — голос Беннетта низкий, как будто он знает, что я делаю, и я прикусываю губу так сильно, что чувствую вкус крови, и крепче зажмуриваю глаза.

— Мне жаль. — выдыхаю я, рыдание подскакивает в моей груди.

Я слышу, как Райден ругается, а Беннетт вздыхает, его двигатель работает сильнее, и я снова ненавижу себя. Я сглатываю, во рту горчит, в горле горит, но кажется, что все остальные симптомы исчезают просто так, с осознанием того, что эта маленькая белая таблетка скоро меня вылечит.

— Поппи, подожди меня, мы… черт, мы недолго. Ты можешь вместо этого пойти в офис Флинна? Сначала зайди туда и просто забери его.

— Я сейчас так далеко. — шепчу я, проклиная себя за то, что не была умнее, но я чувствовала себя так дерьмово, что не думала ни о чем, кроме своей всепоглощающей паники.

Я подтягиваю к себе свои бумаги и книги, запихиваю их в холщовую сумку, ручки, сломанный карандаш.

— Поппи, что ты только что приняла? — это голос Кинга, и я останавливаюсь, перебирая вещи, мои пальцы дрожат. — Я не расстроен, я просто хочу знать, хорошо?

Их молчание в машине, громкий звук двигателя, в моих собственных ушах стучит учащенный пульс.

— Экстази. — говорю я безучастно.

Я не хочу сейчас поддаваться эмоциям, и я уже чувствую себя легче, не потому, что таблетки начали действовать, просто потому, что я знаю, что это скоро произойдет.

И это похоже на облегчение.

Закидываю сумку на плечо, встаю, продолжаю подниматься по лестнице, открываю дверь. Иду по коридору в сторону офиса.

— Теперь я здесь. — говорю я им, сглатывая.

— Все будет хорошо. — говорит Беннетт. — Если они вытащат этого маленького засранца, ты ничего не знаешь и ждешь меня. Ты, блядь, подожди, ладно?

— Да. — шепчу я, уставившись на широкую деревянную дверь, хватая ртом воздух. Во рту так пересохло, что голос срывается. — Ладно, пока.

Я кладу телефон в карман, делаю глубокий вдох и захожу в офис.

ХЕНДРИКС

Я слишком много курю. Я и так это знаю, но, черт возьми, мои легкие словно в огне.

Я выбежал из класса к Поппи, чтобы забрать ее ноутбук, а потом помчался в гребаный офис Флинна, где его не было. Затем побежал сюда, к административному корпусу, и я уже слышу крики декана, прежде чем пробегаю половину лестницы.

Я хриплю, когда добираюсь до последней ступеньки, хватаюсь рукой за перила и склоняю голову, глубоко вдыхаю через нос, провожу рукой по волосам, изо всех сил стараясь не закашляться.

Черт, мне нужна сигарета.

— Если ты не уберешь свои пальцы с ее руки прямо сейчас. — кипит Флинн, его голос полон ярости, когда я врываюсь в дверь. — Я отрежу твою гребаную руку.

Секретарша декана стоит за своим столом, прижав ухо к телефону и приложив пальцы ко рту. Огромная спина Флинна повернута к открытой двери кабинета декана Гроувтона. Проходя мимо, я выхватываю у нее телефон, наматываю шнур на пальцы и выдергиваю его из стены.

— Прости. — шепчу я, когда она в ужасе смотрит на меня, и кладу руки на ее стол, наклоняясь к ней через него. — Сядь и заткнись на хрен, если знаешь, что для тебя лучше.

Она откидывается на спинку стула, из ее горла вырывается всхлип.

— Я разряжу ситуацию, хорошо? Никому не нужно вызывать охрану. — она отчаянно кивает.

Я подкрадываюсь к Флинну, прочищаю горло и сажусь рядом с ним. И в истинно манере Флинна он не смотрит на меня, продолжая сжимать рукоять своего ножа.

— Уберите нож, или вы уволены, мистер Маршалл! — ревет декан, изо рта у него летит слюна.