Я никогда не просила любви, если она не была частью чьих-то искренних чувства. Я лишь просила честности. Потому что любить кого-то по настоящему сложно. Порой невыносимо. Я только хотела, чтобы люди были честны со мной. Чтобы не улыбались мне, когда видеть меня не могли. И не здоровались со всеми, кроме меня, когда жизнь были готовы за меня отдать. Всё просто.

Быть честным не сложно!

– Дэниел стал частью того мира, что ты хотела видеть перед собой, – разозлившись, девушка отвела руку в сторону, и вилка зазвенела, ударившись о бортики тарелки. – Не смей притворяться жертвой.

Её слова на мгновение выбили меня из колеи.

Я не верила ему. Не верила, что он делал всё то, что делал, потому что любил меня. Почему? За что? Мы были едва знакомы. Моя семья истязала его. Единственное чувство, которое я должна была вызывать в его нутре – желание отомстить. Он должен был чего-то хотеть. Но это была не любовь. Никогда она.

– И будь благодарна.

Уинтер в моих руках зашипела, показав Арабелле свои маленькие острые зубки.

– Благодарна?

Он выходил меня. Я не убила его, когда очень даже могла.

Забота за заботу.

– Никто из твоей семьи не смог бы дать тебе того, что Дэниел положил к твоим ногам.

Себя?

– Есть люди, которые любят меня, – уверенно произнесла я. – По-настоящему.

– Любовь? – с усмешкой переспросила девушка.

Как я и думала.

– Свободу, – исправила она.

Может та версия Талии, что он создал, и была свободна, но это была я. Не до конца. Даже не на половину. Хотя… в будущем ему бы пришлось прятать меня так же, как отец прятал меня всю мою жизнь. Я не была свободна. Нигде и ни с кем.

– Не вздумай признаться ему в том, что любишь его, – предупредила Арабелла. – Иначе лишишься её. Он не отпустит тебя, если узнает.

– Почему?

Разве такие, как они, не бегут от любви, как от чумы?

Мои братья вели себя именно так.

– Впрочем, его желания не имеют значения, – мне бы хотелось, чтобы это заявление прозвучало безразлично, но в итоге вышло исключительно прискорбно. – Я принадлежу Ндрангете. Отец скорее распотрошит каждого из вас, чем вступит в союз и отдаст меня.

– Твой отец мёртв, – немедленно заявила она.

– Что?

Папочка?

Я почувствовала, как где-то в глубине меня трещина прошла от одного края до другого, и кусок плоти отвалился от сердца.

Кто убил его? Они?

Жаль, что я решила оставить нож в полке. Он бы отлично смотрелся украшением в шее Арабеллы.

– Мои братья?

– Поспеши домой, чтобы узнать.

Я посмотрела на входную дверь, после чего быстро перевела взгляд на лестницу, ведущую на второй этаж и к комнате, где спал мужчина, напомнивший, что мне было не суждено познать любовь без лжи.

Арабелла продолжила стоять на своём месте, когда я в последний раз посмотрела на неё.

– Не остановишь меня?

– Нет, – девушка со стуком опустила тарелку на стол. – Ты погубишь его.

Было бы честно, ведь он погубил меня первым.

– Он тебя не простит, – напоследок произнесла я, будто хотела, чтобы Арабелла разбудила Дэниела, а тот в свою очередь объяснился передо мной.

Чем я заслужила такую боль?

Скажи, что тот, кого я снова полюбила, не лгал мне.

Скажи! Скажи! Скажи!

В какой-то момент, тогда в подвале, мне показалось, что мы были похожи. Совсем немного. Но похожи. Несмотря на то, что его глаза были залиты кровью, я видела в них блеск, когда он говорил со мной. Нам было интересно друг с другом. Только… что могло быть общего у Призрачной Наследницы и пленника её семьи?

Как оказалось, больше, чем я была способна отпустить, чтобы навсегда попрощаться с воспоминаниями о нём.

– Живая ненависть приятнее мертвой любви, Талия Нери.

***

Боль не унялась, даже когда я пересекла границу между Невадой и Калифорнией, приближаясь к Сакраменто.

Машина, которую я фактически украла у Дэниела, была моральным ущербом. Я оставила её за два квартала от квартиры Доминика и Джулии, несмотря на то, что Каморре, вероятно, был известен их адрес, но дело было не в этом. Я больше не собиралась в неё садиться. Никогда. Она пахла им, хотя его BMW потонула в реке, а о существовании этой я даже не знала. Всю дорогу меня тошнило от грусти и накатывающих воспоминаний.

Я схватила Уинтер и перебежала несколько улиц, добираясь до пункта назначения. Вошла в подъезд, добралась до нужного этажа и остановилась у двери. Сердце бешено колотилось в груди. Было так волнительно. Как они отреагирует?

Желая скорее увидеться с ними, вставила ключ в скважину и ввела код, который служил дополнительной проверкой входящего внутрь. Без него попасть туда было невозможно.

Даже спустя годы безопасность Джулии продолжала заботить Доминика. Ничего не изменилось.

После чего медленно опустила ручку и открыла дверь, осторожно заглядывая в квартиру. В коридоре было темно, только приглушённый свет в одной из самых дальних комнат давал знать, что я была здесь не одна. Я была не одна.