Чувствуя себя ужасно, я еще раз извинился перед другом. Стукнувшись с ним кулаками. Найт посоветовал мне помериться силой с кем-нибудь своего размера, после чего надел боксерские перчатки. Постучав ими друг о друга, он низко присел, и я ухмыльнулся его замечанию о размерах. Может, я и был выше, но этот чувак был настоящим верзилой, он был больше и здоровее всех нас.

– О, я должен это увидеть, – усмехнулся Ройал, быстро покидая ринг, чтобы присоединиться к Джаксу. Эта парочка предателей стукнулась кулаками, а после повисла на канатах в ожидании боксерского поединка. Бокс, в общем-то, был довольно-таки популярным в Мэйвуд-Хайтс, в детстве мы ходили на все бои. Зависали у ринга, наблюдая, как безумцы избивают друг друга.

Это было частью нашей жизни.

Мой поединок с Найтом напомнил мне об этом. Приятель и правда дал мне нанести несколько хороших ударов, прежде чем начать сражаться в полную силу и победить. Я не стал облегчать ему задачу, блокируя каждый удар, когда Найт наваливался на меня. Повыбивав какое-то время дерьмо друг из друга, мы сделали небольшой перерыв, пропустив на ринг нескольких местных. Сегодня нам не удалось задержаться надолго. Нам с Джаксом пришлось пересечь штаты, чтобы просто вернуться в свои университеты. Все мы учились на Среднем Западе, но в разных его частях.

– По какой причине ты так сорвался на мне? – вскинув брови, спросил Джакс. Он улыбнулся. – Вообще именно тебя нужно было побить, хотя бы из-за прически.

Эти трое здорово потрепали меня, когда я коротко подстригся на первом курсе в Вудкрике. Сколько себя помню, у меня были волосы до плеч, но, когда поступил в колледж, мне стало не до них. Такая жалость, благодаря прическе раньше мне перепадало даже больше секса, чем сейчас. Не поймите меня неправильно. Я и сейчас вел активную сексуальную жизнь, но девчонки просто сходили с ума всякий раз, когда касались моей шевелюры. Я ухмыльнулся:

– Никакой. Просто странная была неделя.

Билли Ковентри удивляла меня, и, поскольку сегодня парни были рядом, я решил задать несколько вопросов. Я поднял подбородок.

– Кто-нибудь из вас слышал что-то о фамилии Ковентри?

Все мои друзья были и остаются членами высшего общества, от которого я дистанцировался с тех пор, как уехал в колледж. Я никогда не относился к этим кругам, они казались мне чужими, потому что я рос в нищете, но могли связи мне помочь. Мой приятель Нико выяснил кое-что о Билли, начиная с того момента, как она вернулась в Индиану, но эти ребята, возможно, знают что-то еще. Как ни удивительно, но фамилия и правда вызвала бурную реакцию у моего друга Найта. Он запустил пальцы в темные волосы, выглядя немного обеспокоенным.

– Почему ты спрашиваешь о Ковентри? – спросил он, отпивая воды, и Ройал постучал его по руке.

Ройал нахмурился.

– Не тот ли это парень, который вроде как покончил с собой у тебя на глазах?

Мои глаза широко распахнулись, когда я вспомнил историю, которую Найт рассказал нам в прошлом семестре. Какой-то парень действительно покончил с собой у него на глазах. Это была чертовски длинная история, мы все пили до ночи на том вечере, когда Найт нашел себе девушку, Грир. У них уже было общее прошлое, но они сблизились, когда тот парень покончил с собой на их глазах.

Найт потер голову.

– Да, чувак, – ответил он Ройалу. – Ужасный псих. – Затем Найт посмотрел на меня. – Почему ты спрашиваешь о нем?

– Не о нем, а о фамилии Ковентри. В кампусе есть девушка с такой же фамилией.

– Как ее зовут?

– Билли, – сказал я, и мой член затвердел при одной лишь мысли о ней. Я продолжал представлять себе ее маленький ротик, в который я вгонял свои пальцы, ротик, идеально подходящий для моего члена. Я бы взял ее прямо там, если бы вокруг не было кучи однокурсников. Я бы не смог сдержаться, если бы Билли обхватила меня губами, а я заставлял бы ее давиться и наслаждался этими звуками.

Я испытывал радость, ломая королеву красоты, и от этого мне было не по себе. Я заставил ее признать правду, признать, что она хочет меня, и это признание заставило мой член затвердеть.

Найт обдумал произнесенное мной имя, и я начал беспокоиться: возможно, есть связь между Билли и тем парнем, Брайсом, который покончил с собой. Я знал, что Найту неприятно вспоминать произошедшее.

Он посмотрел на меня:

– У нее маму зовут Женевьева?

Я был удивлен этому вопросу и кивнул, и Найт заметно расслабился, облокотившись на ограждение ринга.

– Да, между ними есть родство, но не очень близкое, – сказал Найт. – Дальние родственники, и, насколько я понимаю, семья Брайса и остальные Ковентри больше не общаются с Билли и ее мамой. Во всяком случае, после развода ее родителей. Ее отец – Ковентри. Билли родилась в браке, но когда он распался…

– Подожди. Откуда, черт возьми, ты все это знаешь?

Брови Найта нахально изогнулись, когда он пожал плечами.