— Как дела, малышка? — ее лицо было мягким от того, что она смотрела, как ее подопечная и ее герой играют вместе, и это нанесло мне такой сильный удар в живот, что у меня перехватило дыхание, когда она улыбнулась мне и попыталась уткнуться лицом в мою отступающую руку. Я поколебался, затем провел своими грубыми пальцами по шелку ее щеки на секунду, прежде чем отстраниться.

— Теперь хорошо, — сказала она мне.

Черт возьми, был ли у меня когда-нибудь шанс против нее?

— Хочу сводить тебя в «Спектр Дыма», — сказал я ей, пытаясь сосредоточиться на причине, по которой я был там в первую очередь.

Пытаюсь вспомнить свое собственное чертово правило.

Никаких прикосновений.

Черт, но это оказалось сложнее, чем ожидалось.

— Барбекю? — спросила она, ее брови изогнулись в очаровательной гримасе.

Господи, взрослый мужчина думает, что хмуриться — это очаровательно. Кем я становился?

— Нет. — Я ухмыльнулся. — Стрельба.

— Ты собираешься научить меня стрелять из пистолета!? — она закричала слишком громко.

Сэмми тут же ушел в себя и, захныкав, заткнул уши. Лу съежилась и воспользовался моментом, чтобы погладить его по спине и голове, наклоняясь ближе, целуя её в затылок, пока она не высунулась из своей раковины, забыв о своем дискомфорте в пользу поцелуев Лу.

Не мог винить маленького парня.

— Извини, одно из отвращений Сэмми — это громкие звуки, — объяснила она и тихо хихикнула. — Если только он не делает их сам. Я всегда, хотела научиться стрелять из пистолета. Черт возьми, но на мне неподходящая для этого одежда!

Я взглянул на ее джинсы и водолазку. Обычно такое количество одежды на женщине мне ничего не давало, но я никогда не видел, чтобы женщина заправляла рубашку так, как это делала Лу. Кроме того, мысль о том, чтобы вытащить нож, который я держал в левом ботинке, и отрезать его от нее, была фантазией, которая теперь прочно укоренилась в моем мозгу.

— Выглядишь прекрасно, — проворчал я.

Она снова хихикнула.

— Ладно, что ж, в таком случае, черт возьми, да, я хочу пойти с тобой на стрельбу.

Я подавил улыбку и кивнул.

— Хорошо, теперь дай мне несколько кубиков, чтобы я мог показать этим двоим, почему я босс, окей?

Ее ответная улыбка схватила меня за сердце и сжала.

— Зевс, Зевс! — Лу закричала, хотя я был прямо там, блять, одной ногой у нее за плечом, наблюдая за ней, как и в течение последних девяноста минут. — Ты это видел?

Мы со Смоуком усмехнулись, но я был тем, кто сказал:

— Ты чертовски естественна, Лу.

Она оглянулась через плечо, ее красивое лицо было скрыто уродливыми защитными очками и наушниками, и она все еще была самой красивой вещью, которую я когда-либо видел, пистолет прижат к ее трицепсу, палец на спусковом крючке и широкая ухмылка на ее лице.

— Я такая, не так ли? — сказала она.

Смоук хрипло и влажно рассмеялся так, как мог смеяться только человек, выкуривавший пачку в день всю свою жизнь. Он был суровым человеком, старшим братом, который больше не мог ездить верхом, но который научил всех братьев обращаться с оружием, когда они осматривали Падших. Он был мне как отец, только лучше, потому что мой отец был жестоким алкоголиком, ублюдком, который изменял моей маме и забирал все ее с трудом заработанные деньги, когда ему этого хотелось.

Ему нравилась Лу, и, учитывая то, как он продолжал поднимать на меня свои брови-щеточки, она нравилась ему такой, какая есть.

Я пытался игнорировать старого ублюдка, но проблема была в том, что она мне тоже нравилась.

— Снайперские винтовки намного круче пистолетов, — говорила ему Лу, снимая глушители. — Я хочу один из них.

— Далеко не так практично, девочка. Я установлю тебе «Зиг Зауэр Р238».

— Разве мне не нужно подавать заявление на разрешение на ношение оружия или что-то в этом роде? — она спросила. Мы са Смоуком уставились на нее.

Она прикусила губу и смущенно рассмеялась.

— Да, нет, не бери в голову. Извини.

— Не нужно политизировать, Лу, — я присел на корточки рядом с ней. — Тебе нужно разрешение, мы тебе его дадим, ладно?

— Да, хорошо, — выдохнула она, глядя мне в лицо, как будто это было первое и последнее зрелище, которое она видела или когда-либо хотела увидеть.

Она заставила мужчину, который всю свою жизнь чувствовал себя монстром, почувствовать себя гребаным ангелом.

— Но это серьезно, Лу, поэтому я хочу, чтобы ты бросила винтовку и снова потренировался с пистолетом, хорошо?

Она немедленно кивнула.

— Что происходит?

Я вздохнул, когда она поправила очки на волосах, поставила пистолет на предохранитель и встала, чтобы последовать за мной в секцию стрельбы из пистолета.