– Еще только двенадцатое число, – иронично ответил он.

– Не важно.

Я посмотрела на Рейджа, который следил за покачивающейся мишурой. Быстро подхватила ее конец, чтобы не искушать кота.

– А ты собираешься покупать дерево?

Он пожал плечом и поднял звезду.

– Знаешь, мы никогда не наряжали елку.

– Ты и Кристен?

Он кивнул.

– С того момента мы проводили каникулы у ее родственников.

– С тех пор, когда ты в последний раз приехал к нам?

Это было в тот вечер, когда я высказала ему все.

– Да. – Он посмотрел на меня. – Подумал, так будет лучше. Не хотел портить тебе каникулы.

Мне стало не по себе, ведь Брок был частью нашей семьи, а я в какой-то степени лишила его общения с ней. Но в то же время не считала это чем-то ужасным. Вот только не понимала, как такое мнение характеризует меня.

– Как бы там ни было, мы мало украшали дом или квартиры, пока жили по отдельности. – Он легко закрепил звезду на верхушке – мне на это потребовались бы как минимум час и множество проклятий. – Мы никогда не ставили елку. Ни разу.

– Серьезно? – Удивление явно слышалось в моем голосе. – Даже не знаю, что сказать.

Ироничная усмешка появилась на его губах.

– А тут и не о чем говорить.

Я замерла на мгновение, но поняла, что он прав. Повесив мишуру, отступила назад, стараясь не отдавить Рейджу хвост.

– Ты будешь скучать, когда я уеду в среду? – спросил он и отступил назад, чтобы не мешать мне украшать елку.

– Может быть, – сказала я, поправляя мишуру на ветке.

Брок собирался в Филадельфию с новыми бойцами, на которых хотел взглянуть папа. Но уже в субботу должен был вернуться. Выпрямившись, я сделала шаг назад и обвела восхищенным взглядом дерево – наше дерево.

– Так красиво.

– Думаю, я нашел что-то более красивое. – Он обнял меня за талию и прижал к груди. – Но я немного обижен, что ты сказала «может быть».

Положив руки ему на предплечья, я рассмеялась.

– Не думала, что ты такой чувствительный.

– А зря. – Он повернул голову и провел щетиной по шее, вырывая у меня стон. Потом уткнулся носом в мою кожу. – Мне просто необходимо приласкать свое эго.

Вдохновившись поддразниваниями, я опустила руку за спину и провела пальцами по его ширинке.

– Что, нужно приласкать еще? – сказала я, чувствуя, как по щекам расползается румянец.

От тихого хриплого смеха Брока по спине побежали мурашки.

– Его нужно ласкать как можно чаще.

– Правда?

Я прикусила губу, почувствовав, как член твердеет под рукой.

Брок прижался бедрами ко мне.

– М-м-м.

Постаравшись сделать серьезный вид, я повернулась к нему лицом. Его челюсти сжимались, глаза стали темными – почти черными, а взгляд – таким пронзительным, что чуть не подогнулись колени. Сердце заколотилось в груди. Но я отступила на шаг назад.

– Куда это ты? – спросил он.

Я пожала плечом.

– Хочу взять кусок тыквенного пирога из холодильника.

Брок посмотрел мне в глаза и медленно покачал головой.

– Думаю, я тоже не против полакомиться десертом.

– Тебе тоже взять кусочек?

– Нет, сам возьму.

Он двигался с невероятной быстротой и в мгновение ока оказался передо мной. Прежде чем я успела осмыслить происходящее, он наклонился и обхватил меня рукой за ноги. Затем выпрямился, и мое тело повисло у него на плече.

Я захохотала, когда он развернулся и направился в спальню.

– Я предлагала тебе не этот кусочек.

– Уверена? – Он хлопнул меня по попе, и я вскрикнула. – Вижу, тебе понравилось.

Так и было.

Мне действительно понравилось.

Волосы закрывали лицо, и я едва могла дышать. Он поставил меня на пол и с ошеломительной скоростью стянул свитер и легинсы. Через мгновение исчезли лифчик и трусики, и я осталась перед ним совершенно голой. Желание забурлило внутри меня, лишая контроля и умения связно мыслить. Похоть смешалась с обжигающим возбуждением, когда он потянул за воротник и стащил с себя футболку.

Его тело…

Я еле сдерживалась, чтобы не пускать слюни.

Брок шагнул и протиснул мускулистое бедро между моими ногами, я подняла руки и положила ему на грудь. Попутно удивляясь, насколько жесткими были мышцы на груди, которая опускалась и поднималась от вздохов.

Но он не поцеловал меня.

Вместо этого он опустился ниже и обхватил губами кончик груди. Его язык заскользил по соску, а потом слегка потянул, лишая остатков разума. Голова запрокинулась, а по венам растеклась лава.

– Вот каким десертом я хочу лакомиться каждый вечер, – сказал он хриплым, грубым голосом, опуская руку мне на бедро и принуждая двигаться.

Губы приоткрылись от резкого вздоха, но когда Брок слегка сжал сосок зубами, с них слетел громкий стон. Больше не нужно было направлять меня. Бедра сами начали тереться о его ногу. Напряжение быстро нарастало внутри, казалось, что я вот-вот разлечусь на кусочки. Оставалось совсем чуть-чуть.