Тогда я не доверяла своей демонической стороне. Держала себя в руках. Я позволила себе лишь немного ощутить её теплую энергию. Это было как солнечный свет, но не так опасно, как магия Эсты. Успокаивающая. Идеальное тепло.

Свечение в магическом туннеле напоминает мне об её энергии.

Кода настаивал, что впереди нас ждёт трещина между мирами. Если она большая, то, возможно, часть света царства ангелов просачивается в воздух Мортема. Это только усиливает мои опасения, что время не на нашей стороне.

Миры рушатся.

Мы погружаемся в магию, а затем, внезапно, нас поглощает тьма. Она холоднее, чем моя сила кошмаров, вызывая глубокое отчаяние в попытке вырваться из неё, и крик срывается с моих губ, когда она обволакивает меня, засасывая в свои глубины.

Секундой позже я падаю на землю. От удара у меня подгибаются колени, и я приземляюсь на четвереньки на твёрдый камень. Я вижу, как Малия и Таня падают рядом со мной, и каждая из них издаёт тихий вздох, который говорит мне о том, что они испытали такое же жёсткое приземление, как и я.

Единственный свет вокруг меня исходит от моих волков, чья шерсть всё ещё покрыта блестящими белыми кристаллами. Они прыгают к нам, одновременно стряхивая с себя снежную массу.

Свет исчезает в тот момент, когда с их тел спадает туман, и перед глазами у меня остаются яркие пятна.

Прежде чем я успеваю подумать о том, чтобы перекинуться и использовать свои волчьи глаза, чтобы видеть в темноте, справа от меня появляется силуэт.

В темноте вспыхивает сапфировая руна, и Роман устремляется ко мне. Синий свет падает на его грудь и лицо, подчёркивая напряжённость в уголках глаз и плечах.

— Нова!

Я поднимаюсь на ноги и, спотыкаясь, поднимаюсь наверх, пытаясь дышать в холодной темноте. Дрожь пробегает по моей коже под доспехами, и даже свет Романа не может пробиться сквозь мрак дальше, чем на несколько футов вокруг нас.

— Где Кода? — спрашиваю я, пытаясь найти его в темноте, но его нигде не видно.

Роман подходит ко мне и притягивает к себе. Не только я, но и моих сестёр тоже, втягивая их в круг света.

— Оставайтесь в пределах света руны, — приказывает он нам, его рука обвивается вокруг моей талии, пока он осматривает наше окружение. — Не выходите за её пределы, иначе тьма может поглотить вас.

Широко раскрытые глаза моих сестёр говорят о том, что они не ожидали, что он будет так их защищать, но они прижимаются друг к другу.

— Что это за место? — спрашивает Малия, заметно дрожа. — Где мы?

Ярость, с которой Роман рычит, обостряет во мне чувство опасности.

— Мы в Бедствии, — говорит он.

Я замираю там, где он меня держит. Бедствие — это глубокая яма, которая образует защитный барьер вокруг Цитадели — королевского дворца. Я чуть не упала в Бедствие, когда впервые вошла во дворец. Роман предупреждал меня, что это место, куда я никогда не хотела бы попасть.

Я смотрю вверх, гадая, смогу ли я увидеть внутреннее убранство дворца высоко над нами, но волшебство, кажется, перенесло нас прямо в его глубины. Над нами зияет каменный потолок.

— Что, чёрт возьми, такое Бедствие? — спрашивает Таня.

Я вспоминаю, как Роман описывал это место много дней назад, и замечаю растущее напряжение на его лице, прежде чем ответить Тане.

— Место, наполненное всеми мыслимыми адскими мыслями, страхами и физической болью.

Глава 9

Моя защита поднимается волной, мой страх проявляется в виде дымчатых завитков вокруг кончиков пальцев, когда я снова оглядываюсь в поисках брата.

— Где Кода?

В этот момент он выходит из темноты, быстро направляясь к свету. Остановившись на краю сапфирового круга, он указывает на мрак позади себя.

— Это выход из Мортема.

Он указывает куда-то над нами, а затем на землю у наших ног.

— Трещина в нашем мире начинается в тумане и проходит по воздуху, создавая туннель к Бедствию. Наконец, трещина становится достаточно широкой, чтобы мы могли пройти гораздо дальше по этому пути.

— Но… Бедствие? — спрашиваю я, и моё беспокойство растёт, когда я выскальзываю из объятий Романа. Он отпускает меня, и я благодарна ему за то, что он верит, что я не совершу ничего глупого — например, не выйду за пределы света. — Это одно из самых опасных мест в этом мире.

Бедствие в значительной степени входит в тройку лидеров вместе с Запретными Землями и Тюрьмой, которые чуть не убили меня, когда я вошла в них.

Кода расправляет плечи и смотрит мне прямо в глаза.

— Я не буду тебе лгать: это не безопасный и не лёгкий путь. Мне повезло, что я пережил его в первый раз, — он смотрит мимо меня на Романа, который наносит ещё две сапфировые руны, чтобы осветить пещеру вокруг нас и расширить границы безопасной зоны.

— У меня нет магии Лорда Руна или твоих волчьих глаз, — говорит Кода. — Когда я впервые путешествовал здесь, меня вела только магия нашего отца, но она привела меня в целости и сохранности к расщелине. Теперь я могу отвести тебя к ней.