— Пахнет враньем, — прошептал он около моего уха, и прежде чем я успела опомнится, его чертовы огромные руки обхватили меня и подтянули, и перекинули через плечо.

Во мне что-то щелкнуло, выводя из оцепенения, и я закричала и стала вырываться. Ублюдок, недовольно проворчал что-то, и я почувствовала резкий укол боли по всей коже, как разряд тока — электрошоком.

— Успокойся, и больно не будет, — предупредил он, весь тот черный юмор, что раньше зажигал, исчез. — Будешь вырываться, я заставлю тебя пожалеть, что ты не умерла раньше чем обратилась.

— Выбор, выбор, — парировала я, прибегая к своей привычной реакции на больших задир. — Что же мне выбрать?

Он остановился, подняв меня в воздух, будто я вешу не больше пяти килограмм, держа меня так, чтобы было видно мое лицо. — Оборотень который хочет смерти. Никогда не думал, что увижу такое.

Я улыбнулась. У меня отлично получалось мило улыбаться, в то время как глаза ясно говорили: «Да пошел ты!».

— Ты, похоже, туговат на подъем. И, уверена, прошло немало времени с тех пор, как ты был рядом хоть с кем-то, кроме собственной руки и парочки демонов, но, знаешь, красть людей — это, вообще-то, не одобряется.

Когда пламя в его глазах вспыхнуло с новой силой, меня снова ударило разрядом — на этот раз на максимальной мощности. Я закричала.

— Остановись! — закричал Виктор. — Ты не можешь причинять боль моим оборотнями. Есть закон, и ты его нарушаешь.

Разряд электрической боли остановился, пытаясь восстановить дыхание, я глубоко дышала — выживу ли я, если это повторится снова?

— Ты осмелился бросить мне вызов? — спросил Теневой Зверь, наконец взглянув на альфу. — Смертные преклоняются передо мной, приносят мне всевозможные дары, и все же ты решил отказать мне в этом единственном оборотне?

Я склонила голову, глядя на Виктора.

— Серьезно? — фыркнула я. — Ты думаешь, только стае Торма позволено меня мучить?

Теневой Зверь и я теперь оба сверлили взглядом этого ублюдка-альфу.

Виктор прочистил горло.

— Есть правила, — повторил он. — И если оборотень настолько ценен, то я хотел бы компенсацию.

О, да. Теперь все встало на свои места. Он не беспокоился о моем здоровье или безопасности. Просто он увидел возможность заключить сделку с могущественным существом.

— Отец! — огрызнулся Торин, впервые хоть что-то сказав. — Она — моя истинная пара, и только я могу решить ее судьбу. И больше никто.

Виктор кивнул, его лицо выражало ликование.

— Это правда! Связь истинной пары стоит над всеми правилами… Даже если твоя пара беспородная сучка. Ты не можешь забрать ее без разрешения ее пары.

В груди Зверя поднимался рокот. Возможно другие и не обратили внимания, потому что это было едва заметно, но я почувствовала, как поднималась глубокая ярость.

Виктор был на грани того, чтобы увидеть создателя — и я не смогла ничего почувствовать кроме удовлетворения после стольких лет жизни по их кошмарный правилам.

Просто подумав об этом, сердце стало биться чаще. Я встретилась взглядом с Теневым Зверем и пожала плечами.

— Может, ты и страшный ублюдок, но я чертовски ненавижу эту стаю.

Его боль длилась всего несколько секунд, тогда как боль от этой стаи — целую вечность.

— Он отверг меня, — кивнула я, — так, что тебе не о чем беспокоится. Моя пара не принял связь. Сделав ее недействительной и пустой.

— Мера! — заорал Джексон, в его голос был полон паники и ярости. То, как он произнес мое имя, намекал на то, что я должна молчать, но я никогда не умела прислушиваться к таким советам. Я показала ему средний палец.

Торин издал раскатистый вой, его черты исказились, частично принимая волчий облик.

— Я даже не успел подумать о связи! — возразил он. — Может, я бы передумал, прежде чем разорвать ее окончательно…

Я фыркнула, скривив лицо в ужасную гримасу.

— Я готова уйти с тобой, — сказала я. — Это лучше, чем оставаться вместе со стаей чертовки слабых сучек.

Еще больше воя, поднялось в воздух, в ответ на мое издевательство. Стая Торма привыкла быть «сильнейшей», думать о них как о слабаках, было самым оскорбительным.

Теневой Зверь склонил голову, снова пристально глядя на меня, словно я удивила его сразу несколькими способами. Лично мне нравилось застигать демонических существ врасплох — это было одной из моих лучших способностей.

Кивнув головой, он снова закинул меня на плечо, удаляясь от стаи. Я не могла определить направления, но четко видела чернильный дым, окутывающий нас плотно словно плащ снизу. Как только он достиг мышц плеча и моего тела, все начало погружаться в темноту.

Тень почти поглотила меня, и я даже не смогла бы расстроиться — потому что была сильно напугана.

— Солнышко, — хриплым голосом позвал меня Джексон. — Борись с ним.

Я ухмыльнулась, тьма гладила мои руки, нежно покалывая.