— Твоя фамилия действительно Блэк, или это дань твоему любимому цвету?

Впервые с момента нашего знакомства на его губах появляется что-то похожее на настоящую улыбку. От этого суровые черты его лица смягчаются, давая мне возможность взглянуть на другую сторону этого человека, который знает, как смеяться, быть счастливым и ничего не знает о различных способах искалечить человека. Сколько силы нужно применить, чтобы сломать шею.

— Не могу поверить, что посчитал тебя застенчивой. Обычно я хорошо разбираюсь в людях.

Мне нравится, что его голос меняется, когда Лиам разговаривает со мной. Он становится ниже. Мягче. Теплее и интимнее, словно мы лежим в постели бок о бок, пока он проводит пальцами по моей обнаженной коже.

— Я настоящая скромница. Говорила же тебе. Я очень неловко веду себя с незнакомыми людьми.

— Я незнакомец.

— Уже нет.

Что-то в моем ответе его не устраивает. Его улыбка исчезает. Он склоняется надо мной, опираясь руками о матрас по обе стороны от моей подушки.

Теперь он выглядит опасным. Опасным и обворожительным, с двигающимися желваками и горящими глазами. Его нос оказывается всего в нескольких дюймах от моего. Однако его голос остается мягким, так что я знаю, что он не сердится.

— Не принимай меня за того, кем я не являюсь, Тру.

— За кого, например?

— За хорошего человека.

У меня такое чувство, что он хочет меня напугать, но это у него не особо выходит.

— Ты спас мне жизнь, — произношу, смотря в его глаза.

— Это не делает меня хорошим человеком. — Его взгляд опускается на мой рот, а голос становится хриплым. — Я сделал это из эгоистических соображений.

Когда он снова смотрит мне в глаза, то позволяет мне все увидеть. Нужду, похоть, темные желания.

От этого я начинаю трепетать, как никогда.

— Значит, ты не убийца, — шепчу я. — Они ведь должны быть инкогнито, верно? Но копы тебя знают. Как и доктор. Ты почти до смерти напугал беднягу. Может быть, ты и вправду Бэтмен.

Лиам делает еще один медленный, раздраженный выдох.

От него приятно пахнет мылом, сигарами и тестостероном, как от полуночной прогулки по лесу. Не раздумывая, я протягиваю руку и касаюсь его лица. Борода под моими пальцами ощущается жесткой и колючей.

— Ты красивый, волчок. Тебе кто-нибудь это говорил?

— Тебе стоит прекратить болтать прямо сейчас, — хрипло велит он.

— Я недавно столкнулась со смертью, плюс, я под кайфом от болеутоляющих препаратов. Мне можно все.

Когда я провожу пальцами по его подбородку и касаюсь губ, он напрягается и будто перестает дышать. Он выглядит так, словно вот-вот выскочит из комнаты.

— Подожди-ка, — говорю я, удивленно на него смотря. — Должно быть наоборот. Это я должна бояться тебя, но вместо этого...

— Я тебя не боюсь, — хмыкает он, и его темные глаза становятся угольно-черными. — Я боюсь за тебя. Мне стоит тебя напугать, но я не хочу этого делать. Ты пожалеешь, потому что я о многом могу попросить тебя, и ты наверняка мне это дашь.

Мы пристально смотрим друг другу в глаза, и пульсометр рядом с кроватью начинает сходить с ума.

Звонит телефон Лиама, разрушая чары.

Тихо выругавшись, он протягивает руку и выключает визжащий монитор. Затем выпрямляется, отворачивается от меня, подходит к окну и достает из кармана пиджака мобильник.

— Деклан. — Он мгновение слушает. — Ничего не поделаешь. — Еще одна пауза. — Приоритеты изменились. Это подождет.

Потом завершает звонок, прячет телефон обратно в карман пиджака, складывает руки на груди и молча смотрит в окно.

— Ты из-за меня куда-то опаздываешь.

Он поворачивает голову на звук моего голоса.

— Да.

— Тебе лучше идти. Не хочу, чтобы у тебя были неприятности.

По какой-то причине это его забавляет. Лиам смотрит на меня через плечо, его темные глаза искрятся весельем.

— Втягиваешь меня в неприятности, — хихикает он, будто я сказала что-то действительно смешное.

Я отвлекаюсь на то, как сильно мне нравится этот глубокий, веселый смешок, пока не вспоминаю о двух полицейских, которые побывали в палате. А потом меня пробирает легкий озноб.

— Те парни, вчера ночью... Я должна написать заявление в полицию. Копы наверняка захотят узнать, что именно...

— Я уже обо всем позаботился, — перебивает он.

Я кошусь на Лиама. Солнечный свет, льющийся через окно позади него, создает вокруг головы волка мерцающий золотой ореол. Мой накачанный лекарствами мозг подсказывает, что именно это люди видят прямо перед кончиной, когда ангел смерти приходит забрать их.

— Обо всем позаботился?

Он подходит ближе и вытягивает руку, чтобы погладить мое лицо, но быстро отдергивает ее, хмурясь, словно злится на себя за это.