Я захожу внутрь. Леди в дверях запирает мой мобильный в специальный кейс и отдает обратно, затем я занимаю свое место, вытесняя из головы мысли о моем великолепном волке и обо всем, что он делает с моим телом.

Вместе с моим теперь непригодным телефоном со мной только прозрачный пластиковый пакет с бутылкой воды, сэндвичем на перекус, подписанное соглашение с экзаменатором и несколько карандашей номер два, которые следует использовать для сегодняшней части экзамена. Она состоит из миллиарда или около того вопросов с множественным выбором, которые охватывают контракты, иски, уголовное право, конституционное право, документально оформленные сведения и имущественные права.

Кроме этого, в сумочке лежит мое удостоверение личности. Настоящее.

Потому что, хотя миссис Руби Даймонд и прекрасное имя, но она никогда не подавала заявление на экзамен в Массачусетскую коллегию адвокатов, так что ей чертовски не повезло.

Все в аудитории нервничают так же, как и я.

А через шесть часов мы все похожи на мертвецов. Мозг-то точно мертв.

Я уверена, что облажалась, но, по крайней мере, сдержала данное матери обещание.

Достаю телефон, бросаю кейс в мусорное ведро у дверей и выхожу из зала. Сворачиваю налево к лифтам, которые доставят меня в гараж, но останавливаюсь как вкопанная, когда замечаю мужчину, прислонившегося к ближайшей стене.

Его голова запрокинута назад. Мощные руки в татуировках сложены на груди. Одна нога упирается в стену. В джинсах и белой футболке он — воплощение непринужденной крутости. Прямо-таки Джеймс Дин на стероидах.

На мужчине солнцезащитные очки, поэтому я не могу сказать, закрыты ли его глаза, но зато я точно знаю их цвет.

Улыбаясь, я иду ему навстречу.

— Привет, Киллиан.

Он разворачивается в мою сторону и вздыхает.

— Не могу выразить, как меня разочаровывает, что ты всегда узнаешь меня с первого взгляда. Обычно нас никто не может отличить.

У него все тот же ирландский акцент. Мне хочется попросить продемонстрировать австралийский, но отвлекаюсь.

— Почему это разочаровывает?

Он лениво улыбается, сверкнув ямочкой. Затем поднимает очки и смотрит на меня сквозь полуприкрытые веки, игриво блестя глазами.

— Я все еще надеюсь, что ты обнимешь меня и поцелуешь.

— Нет, ты просто пытаешься очаровать всех и вся.

Он усмехается.

— Пытаюсь? Мне не нужно пытаться, девочка.

Я смеюсь.

— О, вы только посмотрите! Раздутое эго, видимо, семейная черта.

Киллиан отталкивается от стены. Возвышаясь надо мной, он смотрит на меня сверху вниз и улыбается.

— Да. Мы — парочка напыщенных павлинов, и это факт. Но нас за это нельзя винить. — Он проводит руками по своему телу. — Ты только посмотри на это обалденное оперение. Все остальные пернатые грызут локти.

Мимо проходит молодой парень, бросает на Киллиана завистливый взгляд, потом выпячивает грудь и идет дальше.

Увидев это, Киллиан улыбается еще шире.

Я закатываю глаза.

— Ты заплатил тому парню?

Он пренебрежительно отмахивается.

— Такое случается по дюжине раз на дню, девочка. Как тестирование?

— Уф, лучше пристрели меня.

— Боюсь, моему брату это не понравится. Ты же знаешь, что вросла в него.

— Вросла?

Он торжественно кивает.

— Прилипла. Как плесень.

Я снова смеюсь, потому что он такой смешной, что я ничего не могу с собой поделать.

— Буду знать. Так чем я обязана этому неожиданному удовольствию?

— Ты же не думала, что Лиам позволит тебе бродяжничать по Бостону без сопровождения?

— Я не бродяжничала... погоди. — Я щурюсь, глядя на него. — Я приехала сюда две ночи назад. Ты что, все это время за мной наблюдал?

— Наблюдал? — Он морщится. — Как-то извращенно звучит.

— Полагаю, так оно и есть.

Какое-то время он внимательно меня изучает. Я вижу, что он старается не улыбаться.

— Ты ошибочно предположила, что мой брат не защищает тебя, словно безумец? Что он не теряет рассудок, когда ты исчезаешь из поля его зрения больше чем на шестьдесят секунд? Что разрешит тебе покинуть ваше маленькое любовное гнездышко...

— Разрешит? — фыркаю я, но меня игнорируют.

— ... и будет спать без кошмаров, повышенного кровяного давления и не превратится в пещерного собственника?

— Вообще-то, я на это надеялась. Он отлично справлялся.

Киллиан хихикает.

— Это ты так думаешь.

Мужчины.

— Ну и как продвигаются мафиозные делишки? Нравится стоять во главе международной преступной империи?

Он кладет мою ладонь на свой согнутый локоть и неторопливо ведет к лифтам.